Внутри просторного особняка скрываются тайны небывалах ночи. Когда ты здесь со мной, стены исчезают, заменяясь бесконечным лесом — деревья стоят прямо у окна, как будто бы подчиняясь нашему желанию проникнуть внутрь неведомого мира. Это не просто игра в темноте, это тайная история, скрывающаяся за кажущимися простыми стенами....
Ему не сказали, что домой он сегодня не вернется, а заночует в приемной, потому что инспектор Бланко начнет его допрашивать только завтра утром, когда он будет совершенно разбит, когда кокаин перестанет действовать и когда ему захочется обменять свои бесценные стереоколонки на обычный душ. Только тогда Рауль расскажет им все, что они хотят знать.
Глава 14
Инспектор Элена Бланко привела Анхеля Сарате в бар на улице Уэртас. Это был караоке-бар Cheer's, куда она ходила постоянно.
— Караоке?
— Ты бывал в караоке?
— Один раз, с друзьями, больше десяти лет назад…
Войдя, он сразу заметил, что инспектора там все знают: с ней здоровались официанты, некоторые из присутствующих махали ей рукой, даже посетитель на сцене, который в это время исполнял песню из репертуара Mocedades, увидев ее, подмигнул.
— Вижу, вы суперпопулярны.
— Я часто бываю тут с воскресенья по четверг. По пятницам и субботам здесь только туристы и алкаши, а в будни собираются те, кто любит петь.
Сарате озирался по сторонам, не в силах понять, что такого нашла Элена в этом баре: пожилые люди, микрофон, экран с текстами дурацких песен, мужчина, похожий на чиновника, поет о женщине, которую другие женщины считают сумасшедшей.
— Не ждал тебя сегодня, Элена. Ты слишком поздно ушла вчера…
— А сегодня не дай мне остаться до конца. Один час, и я ухожу.
— Тебе как обычно?
— Да.
— А сеньору?
— Пиво, бутылочку «Мау», — поспешил сказать Сарате.
Элена могла многое понять про человека по тому, что он пьет, и гордилась этим умением, но про человека, выбравшего бутылку «Мау», она не понимала ничего.
— Что значит «как обычно»? Граппа? — спросил он.
— Да, но какая именно граппа, зависит от времени суток. Ближе к ночи мне нравится стравеккья, выдержанная в деревянных бочках два-три года.
— Советская машина, граппа, караоке… Ничего не скажешь, вы своеобразны, инспектор.
— Ты еще ничего обо мне не знаешь. И мы пришли сюда работать.
В присутствии инспектора Сарате чувствовал себя напряженно и старался держать ухо востро; он не смог ничего добавить к тому, что они уже обсудили: что в квартире поразительно мало личных вещей, не считая одежды, и что там нет роутера.
— Больше ничего?
— Ничего. А что увидели вы?
— Мало, как и ты. Есть ощущение, что квартиру зачистили. Но кое-что все-таки привлекло мое внимание.
