Не дождавшись указаний, – вновь сел, продолжая неотрывно наблюдать за Казом.
Скэриэл задумчиво барабанил пальцами по столу.
– Вчера мне передали, что ты встречался с кем-то в клубе. В тот день камеры по удивительному стечению обстоятельств вышли из строя.
В тот день, после встречи с Хитклифом, я почистил все записи, какие смог. Если меня сдал Каз, то новый полукровка оказался совсем не глуп.
– Это был Люмьер Уолдин? – спросил Скэриэл. – Он пришёл сюда ради встречи с тобой?
Чёртов Хитклиф! Чёртов Уолдин! Эти чистокровные меня когда-нибудь добьют.
Я откинулся на стену, всё так же сидя на полу среди разбросанных книг, и отчеканил:
– Я не понимаю, о чём ты говоришь.
Скэриэл разочарованно выдохнул и указал на мужчину.
– Ты, должно быть, знаешь Каза. Он мне очень помог, когда убил восемь полукровок. Скажешь, что ты с ними сделал?"
"– Отвёз на территорию Закрытых заводов и застрелил. – Голос у Каза был низким, спокойным, умиротворённым.
– Расскажи Джерому, – Скэриэл хитро улыбнулся, смакуя каждое слово, – как именно.
– Связал руки, накинул каждому на голову мешок, поставил на колени и выстрелил в затылок. Так казнят отступников в Тритикуме.
Я бросил испуганный взгляд на Каза, но тот даже не двинулся, стоял истуканом, уставившись куда-то чуть выше головы Скэриэла. Руки его были за спиной.
– Но… зачем? – запоздало спросил я. – Это были люди Адама?
Скэриэл покачал головой.
– Нет. Это были наши люди. Не все рады моему назначению.
– Охотно верю, – проговорил я, на что Скэриэл усмехнулся.
– Каз также предложил убить девятого.
Я знал, к чему он клонит.
– Он предлагал убрать и тебя.
Сучий мракобес.
– И что тебя остановило? – колко спросил я.
– Возможно, я тоже немного мягкотелый. – Скэриэл смотрел прямо на меня и взгляд его был суров. – Возможно, я хочу дать тебе ещё один шанс.
Я не нашёлся, что ответить.
– Забери его куда-нибудь подальше отсюда, – устало бросил Скэриэл, откинувшись на спинку кресла.
Каз подошёл и грубо приподнял меня, схватив за локоть, потянул и, как мешок, закинул себе на плечо. Я зажмурился от болезненных вспышек в спине и шее.
– Полегче, сукин ты сын, – прошипел я, сдерживая стон боли.
Не говоря ни слова, он вынес меня из кабинета, придерживая за ноги, в то время как мои голова и руки безвольно повисли у него за спиной. Гвидо без приказа направился за хозяином, отставая на полшага и напряжённо следя за каждым моим движением.
– Отпусти меня, ублюдок, – выплюнул я, ударив его в бок, на что пёс тихо зарычал.
– Завали хлебало. Он сказал «подальше отсюда», но не уточнил где именно, так что я могу скинуть тебя с крыши, – не останавливаясь, проговорил Каз.
– Только попробуй, грёбаный мракобес.
– Ты близок с чистокровным, грязный предатель. В Тритикуме таких называют отступниками.