Не говоря ни слова, Чжоу Цзышу развернулся и устремился прочь, на этот раз не скупясь на цингун. Упрямый ребёнок не желал отставать, но вскоре от быстрого бега у него закружилась голова. Чжан Чэнлин едва уловил глазом, как фигура человека впереди замерцала и после короткой вспышки света оказалась вне зоны досягаемости. Мальчик уныло признался себе, что пройдёт не одно десятилетие, пока он научится перемещаться с такой бешеной скоростью. А то и никогда не научится. Готовый разрыдаться от бессилия, он мог только жалобно крикнуть вслед стремительно удалявшемуся силуэту:
— Шифу!
В этот момент раздался короткий смешок. Словно из ниоткуда перед спасителем Чжан Чэнлина возник мужчина в сером и преградил ему путь, обхватив за талию. Момент был настолько идеальным, словно его специально рассчитали.
Чжоу Цзышу извернулся в воздухе, чтобы вырваться, но по неизвестной причине пошатнулся и угодил в чужие объятия. Раздался хорошо знакомый, самый раздражающий на свете голос:
— Благородный господин Чжоу, столь обожаемый шифу, почему ты так спешишь скрыться?
Они оба приземлились — чуть жёстче, чем хотелось бы — и Чжоу Цзышу сдавленно зашипел, схватившись за правое плечо. Вэнь Кэсин разодрал чужой рукав вдоль, задумался на мгновение, а затем с видимым удовольствием оторвал по шву испорченную ткань, не упустив шанс сделать Чжоу Цзышу «отрезанным рукавом».[143] В следующую секунду лучезарная улыбка сбежала с лица Вэнь Кэсина, сменившись хмурым взглядом и поджатыми губами. На коже Чжоу Цзышу виднелись две крошечные пурпурные ранки, будто от укуса насекомого.
— Так вот почему ты так быстро убегал! Оказывается, ядовитому скорпиону удалось тебя ужалить.
Чжан Чэнлина осенило. Побелев, мальчик оглянулся назад — туда, где остался лежать труп похитившего его наёмника.
Прежде чем Чжоу Цзышу успел что-либо возразить, Вэнь Кэсин заблокировал поток ци в меридианах возле его раны и приказал тоном, не терпящим возражений:
— Просто помолчи.
Покопавшись в недрах своих одежд, Вэнь Кэсин выудил магнит, с помощью которого извлёк из руки Чжоу Цзышу две иглы толщиной с волос. После этого он приник к ране губами и, как ни в чем не бывало, начал высасывать отравленную кровь.
Чжоу Цзышу замер, как статуя.
Примечание к части
∾ «Я поимел твою мамашу?» — в оригинале ЧЦ спрашивает: «Я твой дедушка?». Назвать себя чужим дедушкой — для китайцев оскорбление, ещё более серьёзное, чем назвать себя чужим «папочкой».
∾ «Пощёчина призрака» — название родимого пятна придумано Чжоу Цзышу, так он подводит разговор к Долине призраков.
∾ Сунь Дин — Сисан-гуй (喜丧贵), Призрак радостных (счастливых) похорон.
∾ Пятнадцатое число седьмого месяца — праздник призраков, он же День голодных духов.