Вторые настолько сильны и выносливы, что их можно сравнить одновременно и с молотом, и с наковальней. Третьи предпочитают скорость молнии и стремительность вихря. Все эти стили легко распознать. Но существует и другая техника, самая удивительная, лишённая конкретной формы. Таких мастеров сравнивают с неуловимым и всеобъемлющим весенним дождём. Их кунг-фу грациозно и смертоносно. Подобно полёту хищной птицы, оно скрывает опасность за обманчивой лёгкостью».
Теперь Чжан Чэнлин понял значение этих слов.
Все нападавшие держали в руках крюки, напоминавшие жало скорпиона. Тёмная сталь оружия матово отливала неярким синим цветом. Эти люди были беспринципными наёмниками запредельной, извращённой жестокости, готовыми ради прибыли пойти на любое преступление. Они принадлежали к банде Ядовитые скорпионы. К счастью, Чжан Чэнлин понятия не имел, что его враги настолько опасны. К тому же, в данный момент их шайка вовсе не выглядела грозной.
Безоружный Чжоу Цзышу изредка, словно бы с ленцой, смещался на пару шагов в ту или иную сторону с поистине гуттаперчевой гибкостью. Казалось, что в его теле нет ни одной кости. Никто из нападавших не смог даже пальцем до него дотронуться. При этом в мягкой, как хлóпок, технике Чжоу Цзышу скрывалась убийственная сила. Чжан Чэнлин почувствовал головокружение просто от попыток уследить за его движениями.
Через несколько минут все скорпионы были выведены из строя. Чжан Чэнлин не сдержался и восторженно потряс кулаками.
Чжоу Цзышу небрежно отряхнул одежду от пыли и подошёл к человеку в багряном. Прищурившись, он довольно долго рассматривал оппонента, прежде чем заявить:
— У твоего родимого пятна есть название. Люди говорят о таком «пощёчина призрака».[139] Думаю, ты — тот самый нежеланный гость на любом празднике, печально известный Скорбящий Призрак Сунь Дин.[140]
Мужчина остался неподвижным и безмолвным, но его лицо помрачнело. Чжоу Цзышу холодно улыбнулся и продолжил:
— На горе Фэнъя действует закон: став призраком, ты навсегда уходишь в тень и лишаешься права на возвращение в мир живых. Исключение — пятнадцатое число седьмого месяца.[141] Какую же наглость надо иметь, чтобы заявиться в Дунтин и напасть на живого человека при свете солнца?
Тот, кого он назвал Скорбящим Призраком, прошипел сквозь зубы:
— Слишком много болтаешь, — и метнулся вперёд трудноразличимой красной вспышкой.
В воздухе расплылся удушливый запах крови. Чжоу Цзышу немедленно взмыл в воздух и отлетел назад на несколько чжанов. Человек в багряном промахнулся, а в траве на том месте, где только что стоял Чжоу Цзышу, образовалась глубокая выжженная отметина в форме ладони.
Чжан Чэнлин ошарашенно уставился на багряно-красную фигуру.