Дела потянулись к окну в поисках лучшей освещенности. Она глядела на спокойную Неву, никуда не торопящуюся и медленно текущую под стеклами. Снег сыпался в Санкт-Петербурге, создавая белую завесу над городом, словно застилая его тишиной.
Юлька обняла маму, прижалась к ней и постаралась успокоить:
– Теперь все будет хорошо, мамочка!
– Тебя кто-то обидел? – отстранилась и заглянула дочери в лицо мама.
– Нет, – устало ответила Юлька. – Просто все встало на свои места.
– Илья? – поняла мама.
Юлька кивнула.
– Только не расспрашивай меня ни о чем. Ладно? Все будет хорошо, я обещаю.
Мама недоверчиво всматривалась в выражение лица дочери.
– Мамуль, – попросила Юлька, – сделай, пожалуйста, завтрак. Много и вкусно.
– Сейчас сделаю! – пообещала мама, украдкой вытирая катившиеся слезы, и постаралась улыбнуться.
– А где папа?
– На работу ушел, он два дня возле тебя сидел, теперь мое дежурство.
– Спасибо. Я сейчас искупаюсь, ты меня покормишь и поможешь собраться.
– Куда? – испугалась мама.
– Я в Питер поеду, к Людке Зосимовой. Она вышла замуж и теперь там живет. Людка очень настойчиво приглашала меня в гости. Вот я и поеду."
"Поздно вечером у нее был поезд, Юлька складывала вещи в сумку и слышала, как шепчутся на кухне родители. Папа, обрадованный новостью о ее выздоровлении, пришел домой пораньше, удостовериться лично, что с доченькой действительно все в порядке.
– Что у них случилось, как ты думаешь? – спросила мама у отца.
– Не знаю, может, Юлька ему в любви призналась, а он объяснил, что любит ее по-другому, – предположил папа.
– Господи! Юлька так тяжело это пережила! Она изменилась даже, ты посмотри, на кого наша дочь похожа! Как смерть ходит!
– Ну, ну, не надо драматизировать, Мариш!
– Что он ей мог такого сказать или сделать, ума не приложу! Илья бы ни за что ее не обидел, ты же знаешь!
– Может, не понял, что обидел, – предположил папа.
Юлька улыбнулась.
Конечно, сильная, конечно, справится! Но не позабудет никогда! А прежней Юли уже нет. То раскаленное солнце выжгло в ней надежду! Последний рубеж любого человека выжег и уничтожил в ней Илья Адорин! Почему же оно не выжгло любовь?! Почему?
Но об этом она запретила себе думать!
Людка встречала ее у вагона радостная, возбужденная.
– Раскова! – орала она на всю платформу. – Как здорово, что ты приехала!
– Людка, – сразу, не отходя от вагона, сообщила Юля, – мне надо работу найти.
– Да найдем мы тебе работу! – отмахнулась Зосимова. – Что ты сразу об этом! Посмотришь Питер, я тебя с такими людьми познакомлю, отдохнешь, ты же только из Праги вернулась.
