Дела потянулись к окну в поисках лучшей освещенности. Она глядела на спокойную Неву, никуда не торопящуюся и медленно текущую под стеклами. Снег сыпался в Санкт-Петербурге, создавая белую завесу над городом, словно застилая его тишиной.
Если он с тобой спал – все, будет до конца жизни мучиться, искать в других тетках такого же притяжения, беса! И ни хрена не найдет! А почему он тебя бросил? Или ты его?
– Я не хочу об этом говорить! – отрезала Юлька.
Вообще-то она уже ни о чем не хотела говорить, и слушать его пьяные рассуждения-откровения тоже! Ну что за засада?!
– А почему? Нет, ты скажи! Раз у нас вечер откровений!
– Это у тебя вечер откровений! Пьяных.
– Ну да, а ты поддержи разговор! Нет, на самом деле, почему вы расстались? Это даже странно: раз ты его любишь и он с тобой спал – и при таком раскладе тебя отпустил.
– Нет! Он меня не любит! И отстань от меня!
– Да? – удивился Кирилл. – Значит, дурак! А ты не врешь? Может, между вами что-то другое?
– Да что другое?! – окончательно разозлилась Юлька. – Он старше меня намного и любит как младшую сестру, дочку его друзей!
– Что-то не верится! – засомневался Кирилл, покачав головой. – Если все так, как ты говоришь, тогда какого хрена он затащил тебя в постель? Подумаешь, намного старше! Мой отец был старше Кары на двадцать пять лет, ну и что! Он умер, когда мне исполнилось пять лет, а я до сих пор помню, какая у них была любовь! Не-ет, Рыжая, что-то ты врешь или не понимаешь!
– Да ничего я не вру!!! – сорвалась на крик Юлька.
– Ну, не хочешь, и ладно! Чего ты орешь?
Он откинулся на спинку дивана, прикрыл глаза и пожаловался:
– Я, кажется, совсем перебрал.
– Идем, я тебя уложу! – подскочила Юлька, вмиг остывая от своей злости.
– Сам уложусь! – отказался Кирилл. – Видишь, что ты с мужиками творишь, Рыжая! Я так напивался последний раз в институте, курсе на втором или третьем.
Он с трудом поднялся, покачнувшись. Юлька кинулась к нему, поддержала, обняв рукой за талию, и, уговаривая, как капризного ребенка, повела в спальню. Он расслабился как-то в один момент: что-то пьяненько объяснял, хихикал, останавливался то и дело и начинал что-то втолковывать Юльке.
– Идем, мой хороший, сейчас ляжешь, уснешь, а утром все наладится, – уговаривала она его, не слушая, что Кирилл говорит.
Юлька привела его в спальню, практически притащила на себе, но когда подвела к постели, он решительно оттолкнул ее руки.
– Я сам!
– Детский сад! – воскликнула Юлька.
– Все, иди! – велел он. – А то я начну к тебе приставать. Мне очень хочется к тебе пристать и затащить тебя в постель.
