В дамском отеле под Собором Парижа оживают истории городских дам — будь то знаменитые модницы, бывшие шпиона или простая рабочий женщина. Атмосфера напряженная и таинственная, как в детективе, когда каждый номер может быть ключом к раскрытию загадки главной героини.
– Вам нравится здесь? – спросила она кокетливо.
– Да, очень! – тоже по-английски ответил он.
– Вы первый раз в Москве?
– Да, – кивнул он. – Тут весело! И вкусно.
– А вы откуда сами?
– Из Америки.
– Ой, а вы не подумаете, что мы это… вас сексуально домогаемся? – слегка хмельным смехом залилась ее подруга.
– Боже сохрани! – рассмеялся он. – Хотя, на мой взгляд, любой мужчина был бы счастлив стать объектом домогательств таких прелестных дам!
– А ведь вы врете, вы не американец! – заявила одна из женщин.
– О! У вас очень тонкий слух, – по-русски ответил Тимур. – Но я и вправду живу в Америке!
– А я преподаю английский на филфаке МГУ, и хоть не сразу, но раскусила вас!
В этот момент Тимуру позвонил отец.
– Тимка, тебе не трудно будет купить мне блок сигарет?
– Хорошо, папа! Простите великодушно, дамы, я должен спешить.
Он поклонился и ушел.
– Какой интересный! – проговорила одна из дам.
– Да, может быть. А я бы с таким закрутила…
– Да, он хорошо воспитан… Но…
– Вот именно – но!
Они рассмеялись не без горечи."
"Тимуру было хорошо, так хорошо, как давно не было. Примирение с отцом – камень с души. Они подолгу сидели вдвоем, говорили обо всем на свете. Поразительная эрудиция отца, в юности казавшаяся ему занудством, сейчас доставляла Тимуру истинное наслаждение. Он и сам был человеком образованным, начитанным, но на какую бы тему ни зашел разговор, отец всегда оказывался в курсе.
– Знаешь, папа, я вот говорю с тобой и понимаю – теперь таких людей больше нет.
– Каких таких? – улыбнулся Сергей Сергеевич.
– Людей столь образованных в самых разных областях.
– Вероятно, потому что мы в молодости не сидели целыми днями, уткнувшись в телефоны. И в твоей юности еще не было этой заразы, поэтому мне почти не стыдно за тебя.
– Почти? – улыбнулся Тимур.
– Прости, сын! Не хотел тебя обидеть.
– Да ладно, папа, я не в претензии, тем более, что и сам понимаю – мне далеко до тебя.
– Скажи, Тимка, а ты не жалеешь, что уехал?
– Да нет, папа, я все-таки повидал мир, а, главное, жил так, как считал нужным.
– То есть, в свое удовольствие?
– Пожалуй, ты прав. Только не надо читать мне нравоучений!
– Боже сохрани! Тем более, что нравоучения, как правило, совершенно бесполезны и ничего кроме раздражения не вызывают. Каждый хозяин своей судьбы.
