Автор
Встреча с высокой девушкой в пуховике задержала мое внимание: она нервозно перебирала вещи и внимательно оглядывалась по сторонам. Мне было очевидно, что это клиентка из звонка Катя, чей голос дрожал от страха, несущий с собой тайны и загадочность.
Она сидела на диване, обхватив голову руками. Я подумала, что сейчас начнется очередная серия ее истерических припадков, и не ошиблась. Катя начала с тяжелых вздохов, а потом стала сокрушаться по поводу того, что ее родная мать пригрела на груди семейку аферистов, для которых нет ничего святого. У меня создалось впечатление, что в данный момент Катя воспринимает меня не как сыщицу, работающую на нее, а как своего единственного зрителя. Откровенно говоря, мне уже порядком надоела ее порочная привычка лицедействовать.
— Мне кажется, что Влад и Галина едины в своем стремлении уничтожить меня и маму. Самое интересное, что мамочка ни за что не поверит во все это и будет защищать своего ненаглядного мужа до последнего. — Барулина бездарно закатила глаза. — Это ужасно, ужасно! Мама потакает каждому его слову, она даже изменила своим привычкам и пристрастиям, стала вставать с первыми петухами и готовить то, что ему нравится, наглаживать ему брюки и рубашки… Отец, помнится, сам брюки гладил и в еде непривередлив был… Мне этот Влад сразу не понравился, есть в нем что-то отталкивающее… Таня, ну вот скажи, что она в нем нашла?
— Катя, я не собираюсь ломать голову над этим вопросом.
— У меня есть идея. Мне кажется, она сегодня же даст деру из Тарасова. Надо ехать на вокзал и караулить ее на перроне перед отходом московских поездов. Девятка уже ушла, значит, остались только два поезда — тринадцатый и семнадцатый.
"— И еще три или четыре проходящих поезда, следующих в столицу с юга. А также можно улететь в Москву на самолете или уехать туда на рейсовом автобусе, — довольно скептически отозвалась я. — Более того, у нее, возможно, есть своя тачка, тогда перехватить ее вообще не удастся.
— Выходит, ты зря заявилась к Владу и стала в открытую интересоваться Галькой, — с упреком сказала клиентка. — Как ты могла допустить такую оплошность! Хуже просто ничего придумать нельзя. Я на твоем месте тайно проследила бы за ним, и тогда он, ни о чем не подозревая, обязательно вывел бы на свою ненаглядную дочурку.
Я закурила сигарету. Признавать правоту клиентки было совсем не в кайф, но кое в чем она была права. Однако задним умом мы все сильны. Знай я с самого начала, что Галя — дочь Влада, то стала бы действовать как-то иначе.
