Автор
В ночной Москве семья едет домой в ярко освещенных автомобилях. Водитель с умением рулит, курит и наслаждается красотой города, где все в тишине и свете. Монументы Москвы мерцают под прожекторами, создавая ощущение запоминающейся легкости и непринужденности.
И потому Петр Малыгин, он же Малыш, решил, что хозары объявили войну его группировке. Он быстро нашел нужный ему казус белли – повод к войне… Я доходчиво все изложил? Без канцелярита?
– Вполне… – протянула Катя. – Даже латынь откуда-то вспомнил… – Затем, прищурясь, она посмотрела на Павла: – Значит, это ты украл героин у воронцовского наркодилера – как его, Рубцова? Затем ты взял этот героин, залез в автосервис «Шумахер» и подложил его хозарам. А потом ты навел ОМОН на хозар. Затем именно ты настучал воронцовским, что тех обворовывают именно хозары… А как ты стучал воронцовским? Через Дашку? Через сестру мою – стучал Малыгину?
– Да что ты, Катя… – поморщился Павел.
– What a pack of lies![26]
– Что сие значит?
– Очень правдоподобно… А ты можешь объяснить, с какой стати именно сейчас в хозарской квартире появился Малыгин? Именно в тот момент, когда мы были там?
– У меня есть только догадки.
– Ну, поделись.
– Я думаю, Малыгин решил проверить Дашку: кто она, с кем она. И каким-то образом он обнаружил, что Дарья связана со мной…
– Каким образом – обнаружил?
– Не знаю. Может, его люди следили за ней. Может, слушали ее телефон. А может – я только предполагаю! – кто-то из РУБОПа сливает информацию Малышу.
– Да, об этом и Малыгин там, в квартире, говорил…
Трижды просвистела микроволновая печь. Паша гаркнул в тишину квартиры:
– Мальчики-девочки, чай пить!
Первым явился Ленька. По его глазам было видно: дни, проведенные в застенках, если и сказались на его недюжинном аппетите, то только в сторону умножения.
Пришла и Даша. Она успела переодеться в домашнее. Джинсики по колено и застиранная майка «Кливлендских индейцев» чудесно контрастировали с проституточьей раскраской лица.
– Ох, ребята, – всполохнулась она, – а мне и кормить вас нечем… Давайте я в магазин сгоняю!
– Сидеть! – приказал Павел.
– Ну, давайте вареньице откроем…
– И водку, – добавил Паша.
Леня немедленно включил телевизор. Принялся щелкать каналами, листать программы.
