Автор
В ночной Москве семья едет домой в ярко освещенных автомобилях. Водитель с умением рулит, курит и наслаждается красотой города, где все в тишине и свете. Монументы Москвы мерцают под прожекторами, создавая ощущение запоминающейся легкости и непринужденности.
Именно хозары все активней подгребали под себя торговлю зельем во многих ночных клубешниках и казино. Конечно, в руки правосудия (и в поле зрения оперативных разработчиков) попадала пока всякая человеческая мелочь. Разные там «черные хозары», что пытались на наркотиках заработать на свой казан плова. Нити, ведущие от них к хозарской верхушке, проследить было невозможно. Или – пока невозможно.
Однако среди трех-четырех адресов, названных Саней в числе тех, что засветились как хозарские перевалочные базы по торговле наркотой, вдруг прозвучал один, заставивший меня вздрогнуть.
Я немедленно намотал эту информацию на ус. Только вот интересно, как и когда я смогу ее использовать?
Хозары (а вовсе не чеченцы), продолжал рассказывать мне Санька в перерыве между тостами, оказывается, первыми из этнических группировок еще в начале девяностых взялись за банковские аферы. Срубили на этом немерено бабок. Сейчас в этом сегменте криминального бизнеса они, как и другие ОПГ, вроде бы слегка поутихли.
Есть, оказывается, у хозар и свой «убойный отдел»: «подразделение», занятое устранением неугодных. Возглавляет его некто Пахаров. Однако он и его подручные дьявольски осторожны. Сами не убивают.
В ходе Санькиного рассказа я не стал восклицать, подобно Даше Коноплевой: «А что же вы их, гадов, не берете?!» Я не столь наивен, как Даша с Катей. Не берут – значит, оно не нужно государству. Это – с одной стороны. А с другой – если будут мощные, крепкие доказательства в конкретных преступных деяниях конкретных хозар, их возьмут. И – с удовольствием посадят.
