Автор
Сафин поднял глаза и встретился взглядом со злорадной хозяйкой девушки в кожанке. Он предложил условную цену, и девушка издала глухой свист. Вдали за окном пылали огни городских фонарей, но здесь царил тихий мрак. Эти ночи неизменно наполнялись безумием и неземной тревогой, как будто весь мир ушел в тень....
— Ты со мной? — Валера выглядит спокойно.
— Да.
— Тогда пошли, нанесем визит вежливости Кариму и его братьям, будут предлагать девочек, не отказывайся, это неуважение. Да, много чего могут предлагать.
Чуть не засмеялся, кашлянул в кулак, Валера не повел и глазом. Но если я не понял по моему адвокату, что он засланный, то накачанные наркотой ребята не догадаются точно.
Глава 33. Влада
Сафин так и не вернулся вечером.
После завтрака Михаил Робертович заперся в своем кабинете, я не мешала и не приставала больше с расспросами.
Мне так хочется ей рассказать, что со мной происходит, что я влюбилась. Влюбилась совсем не в того мужчину, он старше, опасный, с прошлым, которое не дает ему покоя. А я не знаю, как быть и как жить дальше. Но старый адвокат прав, те, кто от нас уходит, все равно с нами, они все слышат, видят, но только не дадут совет, не пожалеют, не обнимут.
Чтобы хоть чем-то себя занять, обследовала холодильник, у Михаила Робертовича оказалось много чего интересного, взялась за приготовление обеда. Но мысли были не здесь, а все больше сомнений терзали душу.
В который раз хотелось просто уехать, спрятаться, ни о чем не думать, забыть, вычеркнуть этот эпизод из своей жизни. Но так уже не получится, не выйдет сделать вид, что ничего не было, слишком все остро, драматично, а с Сафиным… с ним… с ним я стала другой.
Обедать мне пришлось одной, к адвокату пришел посетитель, они беседовали в кабинете. А мне есть не хотелось вовсе, я просто сидела и смотрела в открытое окно, на небе собирались тучи, а значит, к вечеру будет гроза.
Вновь и вновь вспоминала наш разговор с Мариной, ее сообщения, какой же родная сестренка оказалась гадиной, просто не могу в это поверить. А ее муж — долбаным извращенцем, который считает, что ему все дозволено.
Я все еще пребывала в своих мыслях и метаниях, когда наступил вечер. Ужинать не захотела, Вассерман пытался развеселить меня рассказами из прошлого и шутками. Но я, извинившись, ушла в гостиную, которая на время стала моей комнатой, закрыла двери, легла на диван, прикрыла глаза, не заметила, как заснула.
