В городе Голубого Огня разворачивается кровавая игра смерти и любви. Убийцы и тираны, демоны и барды становятся пешками в руках могущественного владыки, чьи планы грозят поглотить весь мир. Героям предстоит выжить в переплетении интриг и магии, где каждый шаг может стать последним.
Раздел Chitat.online для книги «Дань псам. Том 1» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В городе Голубого Огня разворачивается кровавая игра смерти и любви. Убийцы и тираны, демоны и барды становятся пешками в руках могущественного владыки, чьи планы грозят поглотить весь мир. Героям предстоит выжить в переплетении интриг и магии, где каждый шаг может стать последним.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Стивен Эриксон Легкое чтение Фэнтези Русское фэнтези подборки серии
В городе Голубого Огня разворачивается кровавая игра смерти и любви. Убийцы и тираны, демоны и барды становятся пешками в руках могущественного владыки, чьи планы грозят поглотить весь мир. Героям предстоит выжить в переплетении интриг и магии, где каждый шаг может стать последним.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Если прищуриться, отсюда почти что можно разглядеть треклятую башню с отвратительной драконьей статуей на крыше – ну, недолго ей осталось стоять. Все они там кровью умоются!
Хотя он того и не сознавал – во всяком случае недостаточно, чтобы понять причину внезапно продравшего его холода, – отворачиваясь сейчас, он разорвал нечувствительный контакт с сонным, холодным взглядом рептилии, способной видеть по-настоящему далеко – сквозь дождь, сквозь дым, при необходимости и сквозь каменные стены.
Силана вовсе не была резным изваянием. Никогда не спящая, всевидящая защитница и стражница, столь любимая Сыном Тьмы и обладающая абсолютной, обсидиановой остротой суждения – вот кто она была. И ужасная в гневе? Мало кто из смертных мог даже вообразить, сколь это истинно и на что способна неподкупная справедливость.
Оно, вероятно, и к лучшему.
«Не спрашивай дракона, что есть милосердие»."
"Когда владение мечом посредственное, требуется нечто еще. Ярость. Беда в том, что ярость разрушает собственный сосуд, заставляет хрупкую глину трескаться, ищет слабые места – обычно там, где проходит склейка. Починить его нельзя, нет такого клея, который бы скрепил осколки и удержал их вместе.
Нимандр думал о глиняных сосудах. Амфоры в сетчатой оплетке бряцали о борта повозки, неся внутри себя про́клятый нектар – порождение ярости, возможно, не столь отличающейся от той, что струилась по жилам Нимандра в бою. Ярость схватки еще называют даром богов – так, по крайней мере, говорил малазанский морпех Смрад, когда спускался в трюм адъюнктского флагмана, где держали тисте анди. С собой у него неизменно был кувшин с ромом.
Поначалу Нимандру, как и другим его сородичам, претило общество малазанца, но тот был настойчив, словно сапер, делающий подкоп. Ром согревал горло, развязывал язык, и вскоре ворота всех укреплений и бастионов оказались распахнуты настежь.
Ром распалил огонь в сознании у Нимандра, и к негостеприимному очагу начали сползаться призрачные воспоминания. Давным-давно он жил в замке своего детства, который охранял Отец – все его так звали. К подъездным воротам вела мощеная дорога, зажатая между заснеженными вершинами, с серых гор задувал ветер. В недолговечном жилище, будто крысы, сновали туда-сюда с полсотни детей, а по коридорам с божественным безразличием бродил Аномандр Рейк.
А что было раньше? Куда подевались все матери? Никаких воспоминаний об этом не осталось.
Еще был жрец – старинный соратник Сына Тьмы. Он отвечал за то, чтобы выводок был сыт, здоров и одет. В его взгляде постоянно читалась тоска: без сомнения, он знал, какое будущее ждет детей, – задолго до них самих.
