В городе Голубого Огня разворачивается кровавая игра смерти и любви. Убийцы и тираны, демоны и барды становятся пешками в руках могущественного владыки, чьи планы грозят поглотить весь мир. Героям предстоит выжить в переплетении интриг и магии, где каждый шаг может стать последним.
Раздел Chitat.online для книги «Дань псам. Том 1» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В городе Голубого Огня разворачивается кровавая игра смерти и любви. Убийцы и тираны, демоны и барды становятся пешками в руках могущественного владыки, чьи планы грозят поглотить весь мир. Героям предстоит выжить в переплетении интриг и магии, где каждый шаг может стать последним.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Стивен Эриксон Легкое чтение Фэнтези Русское фэнтези подборки серии
В городе Голубого Огня разворачивается кровавая игра смерти и любви. Убийцы и тираны, демоны и барды становятся пешками в руках могущественного владыки, чьи планы грозят поглотить весь мир. Героям предстоит выжить в переплетении интриг и магии, где каждый шаг может стать последним.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И это знание удерживало его от излишней теплоты и привязанности – он вел себя с ними как ледяной великан, но, несмотря на свою суровость, никогда и ни за что не причинил бы им зла.
Почуяв вольницу, дети часто ей злоупотребляли. О как они издевались над несчастным стариком! Подкладывали ему на пути горшочки и визжали от восторга, когда те разлетались в стороны и разбивались о стены или, еще лучше, когда жрец спотыкался, падал и, морщась, потирал ушибленные места.
Пламя безжалостно выхватывало из памяти самые отвратительные образы.
Смрад вяло и как будто безучастно вытягивал из Нимандра и его сородичей эти рассказы. Сначала о замке, укрытом высоко в неприступных горах, потом о неожиданном прибытии туда пожилого, согбенного тисте анди, который оказался ни много ни мало братом самого Рейка. О спорах, звучавших в отцовских покоях. Перемежаясь ледяным молчанием, оттуда доносились взаимные упреки за принятые и непринятые решения, нравственные преступления, но причин ссоры не понимал никто.
Спустя много дней под покровом ночи был заключен мир. Отец вышел к детям и объявил, что Андарист забирает их с собой. На теплый остров с песчаными пляжами и прозрачной водой, где деревья ломятся от плодов. И за всем этим со стороны наблюдал Коннест Силанн. По его лицу было видно, что старик в высшей степени расчувствовался: никаких больше горшков под ногами, никаких издевательских кричалок и разбегающихся мелких проказников (хотя Коннест никогда не преследовал их, ни разу не поднимал на них руку, даже голоса не повышал; он лишь служил мишенью для непослушания, которое они не смели выразить отцу). У жреца была работа, и он стоически ее выполнял, а теперь он не мог сдержать слез, видя, как детей собирают в кучу и как открывается Путь, ведущий в незнакомый и загадочный новый мир, где возможно все.
Андарист повел их за собой.
Им предстояло научиться многим вещам. Научиться держать в руках оружие.
Андарист был строгим учителем и насмешек не терпел: это стало ясно, когда он одной оплеухой отшвырнул Клещика – не иначе как за вскользь брошенную тем шуточку.
Игры кончились. Мир вдруг стал взрослым и серьезным.
Постепенно они полюбили старика. Как оказалось, слишком сильно, ведь если Аномандру было вполне под силу держать ужасы взросления и окружающего мира на расстоянии, то Андарист с этим не справлялся.
Из детей получаются идеальные воины – идеальные убийцы. Они не ведают опасности. Не боятся смерти. Они испытывают радость от уничтожения, даже если при этом лишают кого-то жизни. Они понимают, зачем нужно оружие и какую силу оно дает.
Когда ребенок от скуки берет в руку палку, все окрестные звери разбегаются: они понимают, что может случиться – и случится – дальше.
