Лишь ночная прохлада разгонит их, и вол сможет заснуть во всем своем воловьем величии под звездами (если повезет), куда, видимо, и улетают на ночь мухи.
Конечно, залезть в голову к волу – значит потратить уйму времени, а в итоге все равно не найти там ничего, кроме спокойствия и умиротворения. Лучше отвлечься от жвачного зверя и посмотреть на двух подозрительных персонажей, бочком просачивающихся в ворота. Это не строительные рабочие, снующие туда-сюда, не писари, не слуги, не каменщики, не конструкторы, не инспекторы и не замерщики. На вид скорее злоумышленники, шпионы, но на деле куда хуже…
В списке двенадцать имен; одно, к счастью, вычеркнуто. Одиннадцать прочих найдены, но ускользнули, как угри, коими, без сомнения, являлись, преследуемые долгами, неудачами и кознями капризного мироздания, раздающего несчастья направо и налево. Но этим двоим уже не было дела, что там не сложилось у головорезов, которых послали наказать должников и выбить у них долги.
Освобожденные от всякого бремени, благословленные сладкой свободой, Ожог с Леффом пришли в усадьбу, которая восставала из пыли заброшенности и запустения, чтобы снова стать величественным венцом к прибытию благородной госпожи. Да, ходили слухи, что это женщина. Лицо скрыто вуалью, но глаза! Такие красивые глаза! Как они распахнутся, когда я наклонюсь…
Ожог с Леффом нерешительно шли вдоль стены, стараясь держаться в тени ворот. При этом они вертели головами, как будто заблудились или собирались сбежать, прихватив плитку, охапку кирпичей или, например, мешок с железными клиньями…
– Эй, вы двое! Чего тут забыли?
Несостоявшиеся воры испуганно обернулись. Навстречу им кавалерийской походкой шагал, высоко задирая ноги, словно по трясине, седеющий десятник-гадробиец. Лефф по привычке убрал голову в плечи, явно спасаясь от удара топором – и одно это многое говорит о его прошлой жизни, правда? – после чего сделал шажок вперед и улыбнулся так криво, что это выражение больше походило на гримасу боли.
– Мы хотим поговорить с управляющим, – сказал Лефф.
– О чем?"
"– Сторожить ворота. У нас много разнообразного опыта.
– Понятно. А подходящий есть?
– Подходящий к чему?
Лефф оглянулся на Ожога – у того по лицу стремительно распространялась паника. Сам Лефф ощущал растущее отчаяние: и с чего им взбрело в голову, будто они могут подняться на ступеньку выше? Безумцы!
– Мы… мы могли бы, ну… выгуливать ее собак.
– Да, пожалуй, могли бы, будь у госпожи собаки.
– А они есть? – спросил Лефф.
– Кто – они?
– Собаки, которых нужно выгуливать.
– Даже тех, которых не нужно выгуливать, нет.
– Мы можем стеречь ворота! – выпалил Ожог. – Да, мы пришли сюда, это, наняться в охрану усадьбы.