Дань псам, первая книга в трилогии от знаменитого автора Стивена Эрикса, тонко рассказывает о семейных тайнах и неслыханных подвигах. Атмосфера книги наполняется мрачной красотой и глубоким внутренним миру героя, вызывающая непрерывный интерес к дальнейшим приключениям в новом томе....
За его спиной открылось окно, и внутрь залез первый убийца.
Сквозь полуприкрытые веки Дымка видела, как в корчму пьяной толпой ввалились пятеро. Они громко ругались по поводу недавнего скачка цен на хлеб, толкались – в общем, ничего необычного. Народу дай только повод для спора, и каждый с пеной у рта будет отстаивать свою позицию.
Эти молодчики были ей не знакомы, похоже, они шли из какого-то другого заведения, заметили подсвеченную вывеску и решили, что еще недостаточно напились. Одеты они лучше обычной публики – судя по всему, из знати, со свойственной ей заносчивостью и ощущением неуязвимости.
Дымка еще отпила сидра.
С гладием наголо Мураш крался к меньшей из трех кладовых. Проклятая двухголовая крыса вернулась. Никто, конечно же, ему не верил – кроме, пожалуй, поваров, и то потому что они видели стращилище, но доказать существование зверюги можно, только убив ее."
"А потом тушку нужно забальзамировать, поместить в большую банку и демонстрировать посетителям в зале.
Хотя погодите-ка… удачная ли это реклама? Надо бы спросить у Хватки.
Однако сначала тварь нужно прикончить.
Мураш крался ближе, не сводя глаз с темной щели за крайним ящиком слева.
Прикончить тварь, ага. Главное, чтобы все головы остались на месте.
В угловую комнату на верхнем этаже набилось одиннадцать фигур. У троих, включая человека у двери, были кинжалы.
Тот, что сидел у двери, услышал шумный спор о ценах на хлеб, доносящийся из общего зала. Он снова подумал, что повод выбрали идиотский, ведь бузотеров одели как отпрысков благородных фамилий, но никто из посетителей, видно, не заметил несуразицы. Громкие голоса, особенно разгоряченные выпивкой, обладали одним несомненным свойством.
Итак, все присутствующие сейчас следят только за громогласными неприятными посетителями, а кое-кто из предполагаемых жертв уже собирается, чтобы утихомирить нарушителей или вышвырнуть их за порог.
Еще немного…
Бард взял последний аккорд и отложил инструмент. Группка благородных тем временем ругалась, за какой столик им сесть. Свободных мест было много, так что спор не стоил и выеденного яйца.
