Автор
В учебном заведении, где кажется, каждый день одинаков, едва начинается тихий отдых. Но внезапное нападение заставляет поверить, что мир и в спокойствии может быть опасен как никогда. Именно в этом отчаянно нуждающемся месте меня держат и тащат в темное укромное место, где страх становится реальностью на пустом счету....
Жажда. Желание. Похоть.
Всевышний…
У меня все внутри отзывается на этот его безмолвный призыв!
Байматов — демон искушения во плоти!
Он показал мне, как может быть с ним, что он может сделать со мной. Показал и заставил испытать то темное, ужасное влечение, о котором я и не думала никогда. В книгах читала, в классике… И не верила. Осуждала всегда героинь романов, которые бросались в это черное чувство, сходили с ума… И погибали потом. Сами виноваты. Только сами. Цельная, правильная девушка никогда себе такого не позволит…
Получается, что я… Такая же?
Просто не знала об этом?
Или это Байматов такой?
— Уходи же… — у меня нет сил выгонять его, цепляюсь за жесткую шкуру своего защитника, словно за последнюю соломинку, способную удержать.
— Хочешь, Мадина, — говорит Данияр, — хочешь. Если бы не хотела, не позволила бы… И я тебя хочу. Давно хочу. Я как с ума сошел, когда увидел… Я говорил тебе…
— Не помню… Не хочу слушать…
— Я уйду сейчас. С тобой все в порядке, это хорошо.
Пытаюсь закрыть глаза, отвернуться. Айрик взволнованно дышит, вывалив язык и переводя взгляд с меня на Данияра."
"— Я дам тебе время, Мадина. Привыкнуть. Я не буду настаивать на скорой свадьбе. Мы будем встречаться. И ты узнаешь меня. А я — тебя.
— Нет… Раньше надо было…
— А раньше я не мог. Ты не пускала. Боялась. А я… — он садится на кресло, стискивает руки в кулаки, и я отчетливо вижу белые костяшки его пальцев, — я — дурак.
— Я уже жалею… — голос мой звучит глухо, безэмоционально. Под стать моему внутреннему состоянию.
— Мадина…
— Уходи же… Мне плохо. Я хочу поспать. Уходи, не мучай больше.
— Мы завтра поговорим.
— Нет. Я не буду с тобой говорить. И если подойдешь ко мне в универе, я при всех тебе еще раз откажу. Опозорю. Мало тебе позора от меня? Будет больше.
Больше я ничего не произношу, и Данияр, помедлив чуть-чуть, молча встает и так же молча исчезает за балконной дверью.
