Автор
В учебном заведении, где кажется, каждый день одинаков, едва начинается тихий отдых. Но внезапное нападение заставляет поверить, что мир и в спокойствии может быть опасен как никогда. Именно в этом отчаянно нуждающемся месте меня держат и тащат в темное укромное место, где страх становится реальностью на пустом счету....
— Опять твой ревнивый красавчик тебя забирает? — закатывает глаза Наташа.
— Да, — я киваю, смущаясь.
До сих пор смущаюсь, хотя, вроде бы, ничего такого не спрашивают… Но смотрят так многозначительно, что не по себе.
И это еще первый накал интереса спал хоть немного!
Вспоминать время, когда мы с Данияром только-только приняли решение встречаться, сейчас смешно и стыдновато.
После появления Данияра на стоянке универа, где он в открытую всем показал, что имеет на меня виды, девчонки с курса прямо-таки изводили меня вопросами и требованиями показать, где такие парни водятся.
А я, естественно, никому не собиралась рассказывать, что бежала из этого места с такой скоростью, что лишь пятки сверкали.
Ощущалось, что меня не поймут в данном вопросе. Хотя я себя отлично понимала.
Сейчас, спустя столько времени, я могу уже по-другому смотреть на ситуацию, могу анализировать ее. И осознаю, сколько ошибок совершила и как мал был процент для счастливого исхода.
И что Данияр — мое спасение.
Всевышний, скажи мне кто еще несколько месяцев назад, когда меня лихорадило от одного только имени Байматова, что я буду ему благодарна, что буду его спасителем своим называть… Я бы посчитала, что это все — дурная шутка. Да и вообще, если бы мне рассказали, в какую беду я попаду по собственной наивности и глупости… Я бы не стала слушать, уверенная, что это вообще не про меня. Не имеет ко мне никакого отношения! И просто не может со мной произойти! Ни за что! Никогда! Я же не дурочка!
А, оказывается, дурочка…
И, оказывается, спокойно все может произойти! И произошло!
До сих пор вспоминать жутко ту ситуацию.
И до сих страшно, что встречу в толпе студентов Натана… Хотя, точно знаю, что не встречу, потому что его арестовали, и сейчас он находится под следствием, сидит в СИЗО.
Это мне Данияр вскользь сообщил, уже давно, кстати. И посмотрел на меня остро, отслеживая мою реакцию.
А я так растерялась, что и сказать ничего не смогла.
Но…
Сразу не задалось, а потом время ушло как-то.
Да и не важно мне стало.
Это так странно: понимать, что вообще ничего не хочется знать о человеке. Словно он — нечто грязное, отвратительное, чего коснулась случайно, по ошибке. И едва не макнула себя и свою жизнь в помойку.
Его надо ненавидеть, но ведь ненависть — это тоже эмоция… А я не хочу испытывать эмоции к грязи. Не стоит она того.
