Автор
В учебном заведении, где кажется, каждый день одинаков, едва начинается тихий отдых. Но внезапное нападение заставляет поверить, что мир и в спокойствии может быть опасен как никогда. Именно в этом отчаянно нуждающемся месте меня держат и тащат в темное укромное место, где страх становится реальностью на пустом счету....
Девушка не должна первая… И в целом не должна… Но…
Дальше я ничего уже не думаю, о том, чего должна или не должна приличная девушка. Потому что приличные девушки, на самом деле, живут очень скучную жизнь.
Например, они не могут целоваться на улице.
А я могу.
И буду.
Данияр меня целует так горячо, что мороз вокруг нас трескается и течет весенней капелью. И мне огненно и сладко. И волнительно, в самом деле. И чуть стыдно. Но приличным девушкам, совершающим не совсем приличные поступки, может быть стыдно.
Когда Данияр перестает меня целовать, вокруг нас — весна.
Мне жарко, шарф дурманяще пахнет им, и голова кружится. Наверно, я вся красная и некрасивая, но Данияр смотрит, не отрываясь.
И глаза его блестят.
— Я возьму тебя замуж, Мадина Алханова, — тихо говорит он, — и ты от меня больше никогда никуда не сбежишь. Да?
— Да, — выдыхаю я.
И тянусь к его губам. Сама.
Где-то на заднем плане раздаются свист и хлопки, кто-то что-то выкрикивает одобрительное.
Но мне сейчас все равно.
Я, всегда считавшая себя приличной девушкой, только что сделала предложение парню. Первая.
И целуюсь с ним при всех, на улице.
И… И буду делать все, что мне захочется…
Даже если это не очень прилично.
Глава 31. Свадьба
Я вижу Данияра ещё издалека — стоит у ворот университета, опершись плечом о столб, руки в карманах, хмурый, серьёзный и… слишком красивый, чтобы сейчас можно было думать о чём-то ещё.
Сама же я сжимаю пальцы, потому что они дрожат от волнения. Когда подхожу ближе, он выпрямляется и смотрит так, будто считывает каждое моё движение, каждый вдох.
— Не передумала? — спрашивает, и мне кажется, что в этот момент он даже не дышит.
— Нет, — выдыхаю, чувствуя, как сердце бьётся быстро, до боли. — Но… я в джинсах. У меня даже платья приличного не оказалось, представляешь? Нужно поехать купить, наверное, какое-то…"
"Губы Данияра чуть трогает тень улыбки, а в глазах вспыхивает огонёк.
— Мадина, — говорит тихо, — мне ты нравишься в любом виде. Даже в джинсах. Особенно в джинсах, — и подмигивает.
Я пытаюсь улыбнуться в ответ, ощущая, как мои щёки теплеют от его горячего взгляда, но внутри всё же шевелится сомнение. Мне кажется, в таком виде я недостаточно красива, чтобы стать женой Данияра. Сам он, кстати, надел чёрную рубашку и брюки.
