Автор
В Доме №23 ревут кошки, а зубы здесь не карию, лишь мелодично щекочут язык пастой. В Дантисты тоже плачут — как в Библии, что-то тайное стало явным, когда женщина обнаружила шокирующее подсознание своего пациента. Здесь каждый вздох и движение скрывают смертельную тайну, и читателя ожидает невероятный переполох в голове, как в драматическом Библийском эпизоде....
Что, черт возьми, происходит? Повальная эпидемия?"
"Чай пили долго, беседа журчала и журчала. Когда тема погоды оказалась исчерпанной, стали обсуждать терроризм на Ближнем Востоке, потом добрались до живописи. Левка ни разу не вышел из себя, Маня не орала, Аркадий не ругался с ней, вдова сидела тихо, как больная мышь. Сонька безостановочно обращалась к бывшему мужу, предваряя каждое предложение фразой: «Ты, с твоим энциклопедическим умом». Наконец чайник опустел, и, церемонно спросив у Наташки разрешения, Левка повел Терезу в кабинет посмотреть гравюры.
– Вы заболели? Что случилось?
Маня вытерла нос рукой и заорала:
– Так устала, будто камни таскала, вспотела вся от напряжения.
– Меньше надо пирожных хомякать, – отреагировал брат.
– А ты не считай, – понеслась в атаку Маня.
Казик рассмеялся:
– Милая Маша так старалась!
Портретист посмотрел на меня:
– Тереза Ямпольская – молодая и очень богатая вдова. Муж был старше ее на тридцать лет и благополучно умер, оставив хорошо обеспеченной.
– Короче, мы решили, – влезла Сонька, – Левка вполне способен утешить Терезу.
– Дурацкая идея, – вырвалось у меня. – Левка сумеет сдерживаться всего два часа, потом его инсульт от напряжения хватит.
– Он уже три дня продержался, – хихикнула Кока.
– Надо помочь дяде Леве, – выступила Маня, – пусть эта тетка видит, что мы все тут люди с образованием, интеллигентные и тонкие. Не смей есть мою корзиночку! – завопила она на брата.
– Ты уже четыре уложила, – оправдывался тот.
Дверь распахнулась, Левка с Терезой вернулись в гостиную. Мы тут же заулыбались.
– Понравились гравюры? – осведомилась Наташка.
Тереза выразила восторг. Беседа плавно потекла дальше.
Поздно вечером, когда я в ванной разглядывала брешь во рту, ко мне ворвалась Маня.
– Кошмар, – сказала она, обозревая дырку, – срочно езжай к Владимиру.
– Была уже, сказал, что через две недели поставит коронку, не раньше.
Маня примолкла, потом хлопнула ладонью по лбу.
– Знаю! Помнишь Матрену Ивановну?
Год тому назад Зайка подарила Мане на день рождения ужасающую куклу, сделанную со всеми анатомическими подробностями.
