В темных сумерках и сильном ветре, сердце главного героя переполняется решимостью преодолеть препятствия. Улицы выглядят будто ожидая нового утра, но жизнь внутри не спешит подниматься. Дар — это не просто книга, это тайна, которую каждый из нас должен раскрыть в собственной жизни....
Авил или Ренар?
— Авил.
— Доброй охоты в угодьях Праматери и легкого посмертия, — безукоризненно произносит она фразу прощания на моем родном языке, прикладывая руку ко лбу.
— Благодарю, тана Илия.
Авил был старшим. Сильнейший. Наследник и истинный вард. Сотни битв и личных поединков. И такая смерть…Быть зарезанным собственной любовницей во сне. Весть пришла недавно, затронув каждого. Авила любили, может не так, как отца, но все же. Только видимо не все. Брат оставался в стае, пока отец вел нашу армию на юг.
А теперь кто-то попытался убить и меня. Не похоже на совпадение.
— Просто Илия, вер Витар, — моя спасительница слегка склонила голову, буквально выравая своим голосом меня из грустных мыслей.
Просто, говоришь? Ой ли? Ну да ладно, как будет угодно даме.
— Что я могу сделать для вас, Илия? И, кстати, как долго я лежу здесь? — я наконец поворачиваю голову, осматриваясь вокруг. Хотя, кроме того, что нахожусь под пологом приют-сосны и на улице день, что явствует из пробивающихся за спиной девушки лучей, на месте где, вероятно, недавно раздвигали ветки для выхода, ничего и не видно.
— Прошло чуть больше суток. Думаю, вам надо поесть, чтобы восстановиться окончательно. Сейчас принесу, — она плавно поднялась, спокойно повернулась ко мне спиной, собираясь выйти.
Не опасается. Знает, что мой признанный долг не позволит причинить ей вреда.
Илия возвращается, неся на большом листе лопуха зажаренные куски заячьей тушки, ещё горячие и одуряюще пахнувшие. Много, как раз для одного оголодавшего варда.
— Пришлось рискнуть и разжечь огонь.
