В свете огня в лавке "С Огоньком" разгорается необычная комедия любви и чудес, где драконий мир сталкивается с обычными людскими приключениями. Читатели окажутся в шумной и потрясающей мире магии, отчаянных юмористов и неожиданных романтических приключений.
Я знаю, что его волнует не закрытая лавка. Но что — не могу понять.
Он кладет свои горячие ладони поверх моих и легонько сжимает.
— Я никогда не поступлю, как твой муж, — говорит он.
“Муж” из его уст звучит очень странно. Как будто даже нелепо. Мне сейчас трудно поверить, что совсем недавно у меня действительно была другая жизнь, был муж. Единственное, от чего болезненно сжимается сердце — от того, что я помнила еще ощущения, как ждала малыша, а потом…
А муж. Да пошел он и вообще все воспоминания о нем к черту!
— Я знаю, что ты так не сделаешь.
— Потому что… — он вздыхает, поворачивается и обхватывает мое лицо ладонями, скользя взглядом по нему, словно лаская. — Нас обхитрили с этой меткой, Марика.
— Что ты имеешь в виду?
Мэр что-то говорил в самом начале про метку. Обещал рассказать, как ее снять, если я выполню его требования. А я… я так начала доверять Варду, что забросила все попытки ее снять.
— Что метку не снять, Марика, — говорит дракон с горечью в голосе.
Вот значит как… То есть и эти слова мэра были брехней? Хотя чего я ожидала?
— Ты знаешь, я этого уже не боюсь. С тобой не боюсь, — признаюсь я в том, в чем сама себе не хотела признаваться.
— Метка привязывает тебя не только ко мне, — качает головой Вард, — но и к городу.
Медленными колючими мурашками прокатывается осознание. Я не могу покинуть Хельфьорд и я не могу быть далеко и долго от Варда.
— Значит, ты… Из-за меня ты не сможешь вернуться домой. — В горле пересыхает, оттого голос становится хриплым. — И я…
— Нет, Марика. Я уже сказал, что я никогда не поступлю как твой муж. Я не предам тебя, — говорит он, вытирая непонятно откуда взявшиеся слезы с моих щек. — Это значит только то, что Хельфьорд станет нашим общим новым домом.
Он легко касается своими губами моих, и я буквально на вкус чувствую искренность его обещаний и желание защищать. Горечь сознания смешивается с теплом, которое дарит близость Варда, и мне безумно хочется продлить этот момент.
Но тут дом сотрясается как от сильного взрыва, а снаружи раздается громкий хлопок.
Глава 67
Роувард ругается сквозь зубы, выпускает меня из своих рук, заводя себе за спину:"
"— Будь здесь, к нам гости, — говорит он и выскакивает из кабинета, держа на руке атакующее плетение.
Я смотрю на то, как за ним закрывается дверь, но потом не выдерживаю и тоже выскакиваю в холл.
