— А ты хотел бы опять на байк запрыгнуть и сделать сальто? Одного тебе мало было?
— Зато ты здесь. Игра стоила свеч, не находишь? — нагло подмигивает.
Цокаю языком и подхожу ещё ближе. Около окна стоит стул, и я, взяв его за спинку, двигаю к кровати. Хотела оставить продукты и уйти, но сейчас понимаю, что не могу бросить Громова. Ему одиноко. У меня нет особо дел. Могу с ним поболтать.
— Мог просто позвать меня куда-нибудь, — говорю, не подумав.
— И ты бы пошла? Даже не попытавшись отгрызть мне руку, если бы я попробовал взять тебя за неё?
— Теперь ты этого не узнаешь, — пожимаю плечами и смотрю на парня.
— Жаль. Может, сделаешь скидку на травмы и дашь мне шанс?
— Не-а. Ты теперь дефектный.
— На мне всё заживает как на коте.
— Только помни, что у тебя, в отличие от помойных котов, не девять жизней.
— Эй, фильтруй базар, Коротышка! — наигранно возмущается.
— Я лишь констатирую сухие факты.
— Лучше бы ты продемонстрировала мне кое-какие мокрые.
— Боже, Громов, — качаю головой, прикусив губу. — Может, ты вернешь свою вчерашнюю версию, когда не затыкаясь нёс романтический бред?
— Я что-то говорил тебе? — морщит лоб. — Ни черта не помню.
— Очень удобно, — хмыкаю я и, закинув ногу на ногу, откидываюсь на спинку стула.
Матвей улыбается. В его усталых глазах загорается веселый нахальный блеск, и я, подхватив его волну, тоже не могу сдержать улыбки. Так и пялимся друг на друга. Вдруг в палате становится светлее. Словно кто-то включил дополнительный источник света и направил его на нас. Громов медленно моргает, я, воспользовавшись моментом, разрываю затянувшийся зрительный контакт и странную тишину, повисшую между нами.
Повернувшись к окну, обнаруживаю, что из-за хмурых серых облаков вышло солнце. Его не было уже несколько дней, постоянно шли дожди. А теперь вот торчит край голубого чистого неба и лучи длинными полосами прорываются вниз к земле.
— Солнце, — констатирую очевидное, голос почему-то звучит чуть приглушённо. — Красиво.
— Да. Очень, — долетает до меня тихое.
И волоски на руках встают дыбом. Словно Громов не о погоде говорит, а обо мне. Но это полная чушь.
Обхватив себя за плечи, растираю руки, прогоняя навязчивое ощущение покалывания.
— Хочешь есть? Я кое-что принесла.
— Если только пить. Тошнит периодически.
— Конечно, — подскакиваю на ноги и бросаюсь к пакетам.
Достаю оттуда бутылку воды без газа и маленький пакет яблочного сока с прозрачной трубочкой сбоку. Оборачиваюсь и показываю парню на выбор.
