Автор
Настя торопилась: "Давайте поспорим?" — прошипела она, глядя на Людмилу Сергеевну с несомненно недовольным выражением лица. В комнате царила напряженная обстановка, словно воздух был испачкан разочарованием и желчью. Настя собиралась забрать документы для своей работы, но Людмила Сергеевна откладывала уход до последнего....
Трахалась я с ним, мама! И мне было хорошо!"
"— Проходи, — первой поприветствовала мама, — я поставлю чай.
Я сняла свои любимые кроссовки и скинула джинсовку. И прошла в комнату. Свою. А там пусто. Ничего нет. Только старые обои, выцветшие ровными прямоугольниками и одиноко висящая люстра.
И внутри у меня ничего нет. Никаких чувств, хотя вчера я хотела рвать и метать, что кто-то посмел войти без спроса.
— Сегодня вывезли всю мебель, — тихо сказала мама, которая подошла ко мне, пока я разглядывала комнату.
От мамы, как всегда пахнет едой. Сейчас это жареная картошка и какая-то ванильная выпечка. Мои любимые булочки с маком? Раньше это был запах уюта и тепла.
Помню, когда вернулась после своего первого свидания с Егором, легла к маме на колени и рассказала ей все в мельчайших подробностях. Куда пригласил, как стул мне отодвинул, когда пригласил присесть, что заказывали, было ли вкусно, как Егор поцеловал меня. И какие были у меня чувства. Я рассказала все-все-все. Мне казалось, что так было правильно, ведь ближе, чем мама, у меня никого и не было.
А сейчас… не могу.
— Пойдем, чай вскипел. Или может ты хочешь покушать?
— Нет, спасибо, мам. Я поела борща, — улыбнулась я, пытаясь сгладить неровности.
Мы прошли на кухню, где я заняла свое место. Любимое.
— Твои любимые, — кладет передо мной мои любимые булочки с маком.
— Спасибо!
— Настя, — начала мама, — я понимаю, что ты вчера очень расстроилась из-за нашей квартиры, из-за того, что происходит с твоей комнатой, но твое поведение… Это было очень грубо и невоспитанно и.
— Мам, стоп, — грубо я прервала маму, — я тебя услышала и ты права, я повела вчера себя по-детски. Было безумно обидно. И больно.
— Ну вот и хорошо. Не надо больше ночевать у малознакомого парня. Это тоже неправильно.
А что правильно, мама?
— Мы сегодня созванивались со Станиславом Александровичем, в Германии меня будут ждать на следующей неделе, в среду.
Шесть дней и я улечу. И буду там без него. Без Ромы.
— Ты уже все оплатила? А билеты?
— Оплатить попросили в начале следующей неделе. А билеты, да, помощница Станислава Александровича помогла. Там же еще какие-то документы нужны, визы. Она всем этим занималась.
— Волнуешься?
— Да, даже больше, я боюсь, Настя. Но мы же сильные. И все будет хорошо, — подбадривает меня.
