Автор
В Амалии жуткая правда: мир мог бы исчезнуть из-за её ошибки. Но она не упустит шанс восстановить равновесие и вернуться в нормальную жизнь, отказываясь от ложного сознания спасения мира. Амалия шагает по тёмной тропе, где каждый шаг может лиши ее жизни или дать новую надежду....
Хватаю ладонью за шею, проношу через ринг и вжимаю лицом в сетку под довольные вопли толпы.
Они сегодня тоже кровожадные. Хотят жёстче."
"– Добивай, – рычит Ильхан, стоя прямо у сетки. В его глазах азарт. Он иногда ставит на своих сильных бойцов. А тут ещё его брат пожаловал. – Данте, добивай! – требует он.
Цезарь, блядь!
Дёрнув совсем потерявшегося соперника от сетки, с подсечки кладу пузом на ринг. Упав на одно колено, наношу несколько сильных ударов кулаками в лицо. Он отключился и больше не приходит в себя.
Выхожу с ринга. Ильхан хлопает меня по плечу. Довольный. Брату что-то говорит, меня глушит криками и музыкой, я не слышу.
– Знаешь, сколько ты мне принёс сегодня? – довольно скалится хозяин «Клетки». – Красавчик. В качестве бонуса я скажу твоей поклоннице, что ты сегодня устал и не готов дать ей ответ. Отдыхай. Молоток, Дан! – он снова хлопает меня по плечу и уходит к Дауду.
А я вхожу в раздевалку. Дана сидит на скамейке, копается в телефоне. Беру её под руку, увожу за шкафчики, прижимаю лицом к стене и задираю платье.
– Тихо ты. Осторожнее, – возбуждённо шепчет она.
– Резинки есть? – хриплю ей в ухо.
– В сумке. Не уходи…
Но я ухожу за презервативами. Возвращаюсь и, отключая башку, забиваю на то, что там ходят участники сегодняшних боёв. Вообще на всё забиваю, оставляя лишь инстинкты и желание слить остатки адреналина в секс.
Поймав оглушающий оргазм, закрываю глаза, прижимая Дану к стене ещё пару минут.
– Такой дикий сегодня, – мурлычет разомлевшей кошкой.
– Домой поехали, – отхожу от неё, стягивая резинку и поправляя шорты.
Быстро принимаю душ. Не узнавая, что с моим соперником, и не глядя на происходящее на ринге, обхожу горящих в азарте посетителей. Выхожу на улицу. Ночная прохлада остужает разгорячённое тело. Садимся в тачку. Дана ёрзает рядом.
– Ты чего такой мрачный?
– Ты видела бой? – поворачиваюсь к ней.
– Да.
– Ясно, – усмехаюсь, глядя на тёмную трассу.
– И что же тебе ясно? – ладонь Даны опять добирается до моей ширинки.
– Всё, – прикрываю глаза, гася в себе первое сопротивление и позволяя ей играться со стояком.
Везу её к себе в вагончик и жёстко трахаю, пока не отрубится. Выхожу на улицу. Поднимаю взгляд к ночному небу, усыпанному звёздами.
