А тут целый принц, у которого имеется личный гарем из таких экзотичных “птичек”… Этого обнаженной грудью не возьмешь. Чего не скажешь о болтовне и глупостях, а еще детях… По идее должно сработать. Одного жаль — момент упущен. Момент той близости, которая сподвигла мужа на признание самой сокровенной тайны — своего имени.
— …вредно, и кто его знает, что может спровоцировать отторжение. К примеру, пыльца незнакомых цветов. Ну, не будем о грустном. — Выдохнула я и вновь широко улыбнулась. Сложно не улыбнуться, видя такое ошалевшее выражение на лице благоверного. Надеюсь, все-таки благоверного. — Так вот, мне безумно приятно наконец узнать имя своего мужа. Я обещаю, что сохраню твою тайну до тех пор, пока не произойдет твоя коронация.
— Коронация? — вычленив знакомое слово из всего, что я наговорила, переспросил муж и неожиданно признался. — Боюсь, бог покарал меня…
“Этот дурачок сам себя покарал” — мысленно фыркнула я, но ничего говорить не стала."
"— Но ты права Сабина, не стоит о грустном. Может, ты желаешь вернуться во дворец? Мне доложили, что ты так и не позавтракала.
— Не нужно терять надежды. — Прошептала я, — иногда вера становится мощнейшим оружием. А если верит хотя бы один, обязательно случается чудо. Нас двое, Данерт, а скоро станет еще на два человечка больше.
И тут мой желудок решил напомнить, что земляники таки было маловато. Я не покраснела и даже не смутилась. Что естественно, то не безобразно. Особенно, если ты беременна. Да еще и двойней. Мой организм за троих работает!
— И все же я настаиваю на возвращении, — муж первым поднялся и протянул мне руку, — завтракать, а позже…
— Что позже?
— Сюрприз.
— Еще один? — неподдельно удивилась я.
Чего он еще удумал?
— Сегодня я в твоем распоряжении, — притягивая меня к себе, сообщил муж.
Меня немножко напрягла такая близость. Или правильнее сказать, что взволновала? Обнимались мы довольно горячо!
— И я устрою тебе настоящий праздник, ты веришь мне, Сабина? — Данерт наклонился так, что его губы были в паре сантиметров от моего рта. Я буквально ловила его дыхание своими губами. И честно, мысли о том, чтобы отстраниться не возникло. Я вообще-то живая, обстановка еще романтичная, мужик красивый и горячий, праздник мне задумал, песню вот посвятил, историю из жизни поведал, как не очароваться?
Вот и я поддалась импульсивному желанию. Не стала отталкивать мужчину, которому требовалось живое тепло. А может живительная энергия поцелуя? Ох, я такими темпами и стихами заговорю.
Этот поцелуй отличался от прочих. Абсолютно другое отношение ко мне. Не было ни жадности, ни опаляющей страсти.