В плен из малинового суфле или вишневого — трудно сказать, какое вкуснее и ароматнее. Между тем, магический конь подошел к озябшей на ветру девушке, прислушиваясь и принюхиваясь. Галия заявила с усталым хриплым голосом: "Да девственница я, специально для тебя кормили, растили и холили." Зверь ответил фырканьем, что явно звучало как смех....
Омиллон приняла и этот дар, позволив супругу защелкнуть тяжелую створку на левом запястье.
— В своей стране ты княжна, и твою голову должен украшать венец… — Блек не договорил, просто вытянул из пояса гибкую сребристую полосу, свернул, щелкнул замком и в его руках засверкала маленькая княжеская корона. Ровно пять розеток из гранатов и жемчуга соединялись в кольцо гибкой лентой из витых звеньев. Венчик лег вокруг шапочки, и из глаз новобрачной скатилась одинокая слезинка. Блекрайн поймал ее губами, и через минуту молодые нежно целовались, а жрица посмеиваясь советовала Иссу быстрее довести их до кровати и не развращать ее тихую старость.
Белому действительно пришлось выводить парочку, держа каждого за руку, как младенцев. Спустившись с холма, они дошли до телеги. Иссиэль поблагодарил молодого возницу, вручил ему обещанную книгу и направил коней к яблоневым садам, громко рассуждая о приказе леди привезти в замок запас сидра и джема. Молодой единорог убежал, и едва стих грохот его копыт, лорд спрыгнул с телеги и повел коней в сторону по едва заметной тропке.
До его дома добирались почти час. Было жарко, гудели слепни, приходилось протискиваться по узкой тропинке среди кустов, но, когда они наконец добрались и Блекрайн и княжна замерли в восхищении. Сначала из узорных теней леса выступила простая каменная ограда, не слишком высокая, по грудь взрослому человеку. Некоторое время они ехали вдоль нее, потом увидели распашные ворота, украшенные узорчатой ковкой.
Иссиэль приложил ладонь к воротам, и они начали раскрываться, следуя его жесту.
— Добро пожаловать в мой дом!
— Лорд Иссиэль, какое чудесное здание! — Омиллон прижала руку к груди, любуясь строением.
Ей он понравился потому, что был пристроен к огромному каменному «зубу» и тем напомнил родные пещеры."
"Блекрайну дом тоже понравился, но другая его часть — просторная веранда в тени деревьев, размеченный сад, еще не разработанный огород. Иссиэля похвалы немного смутили, но он быстро вернулся к практической нотке:
— Устраивайтесь. Слуг нет, про дом никто не знает. Я буду приезжать раз в неделю, привозить продукты.
