В глубокой тюрьме, освещенной единственными потрескавающими факелами, царит мрак и одиночество. Твёрдые кандалы не дают окровавленному телу отлипнуть от холодной стены, на которой сотни ран уничтожают кожу. Голос дьявола Демьяна прорывается через зловещую тишину, заряжая страшным насмешливым призывом....
Глава 2"
"— Вали отсюда, мразь! — В налитых кровью глазах вышибалы застыла железобетонная уверенность убийцы, готового нажать на спусковой крючок. Вот и замечательно.
Левой рукой я ударил по револьверу, отбив его в сторону, а пальцами правой вцепился в кадык громилы, выпустив магоформу «клещи», имеющую Д-ранг. Магия впилась в душу вышибалы и медленно потянула её следом за моими разжавшимися пальцами. Здоровяк задрожал, надсадно захрипел и обоссался. Во влажном воздухе резко запахло мочой. А из мускулистого тела урода показался светло-серый туманный силуэт, внешне напоминающий вышибалу.
— Это будет убийство, — мрачно выдала за моей спиной девчонка.
— Знаю. Всего лишь учу дурака хорошим манерам, — усмехнулся я и отпустил душу. Она тут же вернулась в упавшее тело, едва не сломавшее крыльцо.
Рот здоровяка распахнулся, хватая воздух, а сам он с ужасом уставился на меня.
— Теперь-то мне можно пройти?
— Мо-о-ожно, — просипел он, с трудом сглотнув слюну.
— Молодец. Но, вообще-то, ты заслуживаешь смерти, — проговорил я, втянув ноздрями запах вышибалы.
Здоровяк весь сжался, даже не думая вставать. Но я равнодушно перешагнул его, мельком глянув на немногочисленных остановившихся прохожих. Никто из них не бросился наутёк с пронзительными воплями. Видимо, в этом мире подобные картины вызывали болезненный интерес, а не страх.
— А ты, кажется, резкий парень, — проговорила Синявская, тоже перешагнув вышибалу. — Давай дальше я, а то мы так точно не поедим, ну, только если кутью.
Я ухмыльнулся и воспитанно открыл перед девушкой дверь. Та благодарно мне кивнула и вошла внутрь. Там половина столиков уже была занята, а под потолком переливались звуки музыки, летящей из радио.
К нам тотчас подскочила встревоженная официанта, глянула на поднимающегося вышибалу и округлила губки.
— Нам нужен столик, — отчеканила моя спутница и сняла капюшон.
— О-о-о, сударыня Мирослава Синявская. Рада вас видеть, — узнала девку официантка и расплылась в улыбке.
Мы с Синявской пошли между столиков, не обращая внимания на недоумённые взгляды посетителей аристократической наружности. Они явно охренели, увидев в кафе, такого босяка, как я. Но никто из них ничего не сказал, видимо, опасаясь реакции Мирославы. Всё-таки её батька главный в этом районе.
— Вот ваш столик, — чуть смущённо указала официантка на круглый стол в самом углу заведения, куда не добирался свет.
