В глубокой тюрьме, освещенной единственными потрескавающими факелами, царит мрак и одиночество. Твёрдые кандалы не дают окровавленному телу отлипнуть от холодной стены, на которой сотни ран уничтожают кожу. Голос дьявола Демьяна прорывается через зловещую тишину, заряжая страшным насмешливым призывом....
— Кажется, старших Ратниковых убили во время стычки на границе, но их единственный сын выжил. И ему сейчас как раз должно быть лет двадцать или чуть больше.
— Я принимаю вызов! — радостно выхаркнул виконт. — И, как принимающая сторона, выбираю оружие. Мы будем сражаться магией… до смерти.
— Удачи, ваша милость, — бросил Синявскому водяной и вместе с ещё тремя магами скрылся за углом.
— Удача мне не понадобится, — усмехнулся виконт, скользнув взглядом по огневику и лекарке. — Сударь Алябьев, попрошу вас вести дуэль.
— Судари, разойдитесь на пятнадцать шагов, а после моего выстрела начинайте дуэль, — официальным голосом проговорил огневик, покосившись на Крылову. Та закусила нижнюю губку и тревожно посмотрела на Синявского. А тот ей еле заметно подмигнул. О, любовь! Чую, она ещё сыграет свою роль.
Я усмехнулся и решил уколоть говорливого огневика:
— А стрелять вы куда будете? Не в меня ли?
— Нет, в воздух, — отрезал тот и посмотрел на меня с явным неудовольствием, вызванным тем, что я усомнился в его честности.
— Замечательно, — сладко улыбнулся я и не спеша двинулся прочь от виконта.
Стоит признать, что Синявский силён, а мой перстень уже одной ногой в могиле. Его прочности хватит лишь на одну-две мощные магоформы. Выходит, что мне надо чуть ли не мгновенно пробить защитную магоструктуру В-ранга, поскольку виконт вызовет именно её.
К слову, только магоструктуры подобных мне магов смерти были самодостаточными. Их питала энергия душ, из коих они и были сделаны.
— Готовы, судари? — церемонно спросил огневик, когда мы с надменно улыбающимся виконтом заняли свои места.
— Готов! — крикнул я, мысленно умоляя перстень прожить подольше.
— Передавай привет своим погибшим родственничкам! — глумливо выдохнул Синявский, хрустнув пальцами правой руки."
"Спустя миг раздался револьверный выстрел, возвестивший о начале дуэли. И виконт сразу же швырнул в меня мощнейшую молнию, осветившую всю улицу так ярко, будто взошло белое холодное солнце.
