Много лет спустя, вернувшись в Вирданию, он приобрёл небольшой особняк в центре Грейтауна и, кажется, у него было заброшенное поместье в Пост-Айдене, принадлежавшее его бабке.
— Хм… теперь мне понятно его стремление узнать про алмазы, — задумчиво протянула и, вдруг вспомнив о ещё одной странности, спросила, — а те деньги, что перечислил Сефтон на мои счета?
— Не знаю, Делия.
— Но Генри был вхож к его величеству?
— У него остались друзья, и Генри никогда не подавал виду, что у него пусты счета. Лишь однажды, в тот день, когда он узнал о гибели Алтона и Винтер. В кабинете моего мужа он кричал на Сефтона, обвиняя его в потере алмазов… я приносила им кофе и виски и услышала, как Орман сказал, что беден и что скоро у него не будет и фаринга, чтобы купить сигару. Но даже без состояния, он был очень опасным человеком…
— Опасным, — вполголоса проговорила, подумав, что Орман, судя по итогу, всё же где-то ошибся и поплатился за свою самоуверенность.
Глава 42
— Дель, мсье Исси подъезжает к Тайсхарт, — спешно проговорил Кип, заглянув к нам в комнату.
— Так быстро?
— Ты пробыла здесь больше часа, у меня от этого места зуд по всему телу, — передёрнул плечами друг, саркастически заметив, — а Клев очень услужливый малый, отправил гонца тотчас, как мы вернулись в холл.
— Отлично, — произнесла, поднимаясь с кровати, невольно поморщившись от неприятного скрипа, — мадам Одра, полагаю из всех ваших вещей здесь только этот сундук?
— Делия я останусь, зачем я тебе нужна, — печально вздохнув, промолвила женщина, вновь взявшись за пяльцы, словно утопающий за спасательный круг.
— Я буду честна с вами, мне вы не нужны, мало того, я вам не доверяю. Но Дарен с тёплом вспоминает о вас и уже спрашивал где вы, каждый раз задерживая свой взгляд на двери, проходя мимо вашей комнаты. Поэтому я не могу вас оставить в этом жутком месте.
— Я рада, что ты вернулась и смогла забрать Дарена, иначе он бы стал таким же, как и мои мальчики. Послушными воле жестокого отца…
— Почему этого не сделали вы?
— Я одна, у меня нет родных, кто бы смог за меня заступиться, — безжизненным голосом прошептала женщина, сжавшись в комочек.
— Я тоже была одна и только мысли о сыне придавали мне силы.
— Ты другая, ты изменилась Делия, я слаба и слишком доверяла мужу, пока не стало поздно.
— Мы все совершаем ошибки, которые уже не исправить, однако в наших силах постараться их не повторять. Мадам Одра, уверена, Дарен будет рад вас видеть, вы немного отдохнёте, придёте в себя, а позже решим, что нам дальше делать. И… мадам Одра, я выкупила особняк Доуманов, и сейчас мы проживаем там, надеюсь, вас это не встревожит?
— Нет, — покачала головой женщина, продолжая смотреть на вышивку, на светлой ткани которой росло тёмное, мокрое пятно.
— Хорошо.