Роман погружает читателя в мир нелегальных поисков военных артефактов в русских лесах. Московский бизнесмен Андрей Ганин отправляется в Новгородскую область, чтобы найти следы своего деда-фронтовика. Там он встречает криминальный мир «черных копателей» и вынужден осознать, что прошлое...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Дед» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Роман погружает читателя в мир нелегальных поисков военных артефактов в русских лесах. Московский бизнесмен Андрей Ганин отправляется в Новгородскую область, чтобы найти следы своего деда-фронтовика. Там он встречает криминальный мир «черных копателей» и вынужден осознать, что прошлое...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Роман погружает читателя в мир нелегальных поисков военных артефактов в русских лесах. Московский бизнесмен Андрей Ганин отправляется в Новгородскую область, чтобы найти следы своего деда-фронтовика. Там он встречает криминальный мир «черных копателей» и вынужден осознать, что прошлое...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ганин остался стоять.
Плескалось над их головами беззаботное голубое небо. До людских забот ему не было дела.
Жаль, что нет фотографии мамы, подумал Ганин и решил: непременно надо спросить фотографию у Гали, наверняка в доме есть альбом. Ему было интересно, как выглядит женщина, которая бросает вслед священнику крест и проклинает перед смертью людей. Несомненно, мать Гали была нетипичным обитателем деревни.
– Значит, завистливые и злые наслали болезнь? – помолчав, спросил он.
– Так она сказала. Она верила, что мир такой: в каждом есть доброе и злое. Злое нашептывает, соблазняет – не будешь ему сопротивляться, проглотит. Зависть, гнев – все от злого, самому будет плохо и другим будет плохо. Мама умела лечить знала травы, наговоры. Но главным лечением были ее руки. Такие у нее руки – белые-белые, легкие, как пух. А прикоснется – и вроде как становится горячо. И у кого что болело, то проходит – растворяется под жаром рук ее. Когда не стало отца, мама отказалась лечить людей. Приходили к ней – с деньгами, с гостинцами – разные. Молодые приходили, старые, детей приносили, чтоб провела руками над ними, а она ни в какую. «Черные вы внутри», – говорила. И от подарков отказывалась. «Забирайте, что принесли, и идите с глаз долой. Идите! – кричала на них. – Пока хуже не сделала!» Так люди и перестали ходить. А те, что сейчас ходят, так это по старости и любопытству: посмотреть, что с ведьминой дочкой сталось. Агафья, да бабка Дуня – вот и все родные мне здесь.
– Отчего ты не уехала, Галя? От черных людей?
– Куда от людей уедешь? Приросли мы. Здесь трава просит: «Галя, Галя, походи по мне». Здесь земля дышит… А люди – они везде одинаковые.
– Земля большая, – сказал Ганин. – И дышит она даже в Москве, под асфальтом."
"– Может, и так. Только я того дыхания не слышу. А здесь – все живое. Деревья говорят со мной, река. Береза вот на маминой могиле говорит тоже. – Галя погладила рукой белый ствол, треснувший от жары. – Вот так вот, мама. Завела я себе москвича.
Обратно шли молча. А на второй день после кладбища схватил Ганин, кроя крышу, тот самый солнечный удар. А когда пришел в себя – увидел, что смотрит на него, пыхтя сигаретой, деревенский дед.
– Чего? – спросил Ганин.
Обычно молчаливые деревенские исчезали, как тени, стоило только обратиться к ним. Но дед, отрыгнув облачко дыма, неожиданно буркнул:
– Того! Не так ты крышу кроешь.
– Ну, если знаешь как, – предложил Ганин, – залазь.
– И ведь залезу! Не бери на понт!
– И залазь.
