Дождь барабанит по стеклам в пробке, где Кира ищет пути домой. Страх и беспомощность окутывают ее, когда видит, что избежать непредсказуемого затора не удастся. Изнуряющая espera становится атмосферой напряжения в предстоящих событиях.
Там снова высмеют твои кеды и тренировочные штаны с лампасами и майку от Армани на два размера меньше…
— Это Даночкина, — надувшись, поясняет свекровь и тут же с места в карьер заявляет. — Ты же предпримешь меры, Леша? Твою сестру не должны упечь за решетку. Это позор. Самый настоящий, — шипит она как змея.
— Позор, мама, — морщится муж, — это когда мы с женой жили в шоу «за стеклом» и ни о чем не подозревали. Позор, когда с помощью Даны мою беременную жену заперли в каком-то чулане. И мне даже странны твои просьбы.
— Куда это ты торопишься, Леша? — изумленно вскидывается она. — Я еще не закончила…
— Жить, — улыбается он и тянет меня прочь. — Любить, — шепчет на ухо и, подав мне пуховик, добавляет. — Остаться наедине со своей женой и предаться разврату.
— Какому разврату? — лукаво шепчу я. — Мы ждем ребенка…
— Ну как? — задумчиво шепчет муж. — Я уже мечтаю, Кира… — хрипло шепчет он. — Уже представляю тебя сверху.
— Попробуем, муж, — фыркаю я.
— Как приедем домой, сразу приступим, — сипит он и молниеносно переводит разговор на нейтральную тему. — Кстати, я много чего передумал, пока тебя искал, Шакира, — заявляет муж официально, как только мы оказываемся в больничном сквере. — В новом фильме я останусь автором сценария и продюсером. А режиссерскую работу и главную роль отдам кому-нибудь другому.
— Кому?
— Да какая разница, — отмахивается Леша. — А мы с тобой и так пятнадцать лет потеряли, нужно наверстывать.
"— Это мое сокровенное желание, — признаюсь как на духу и тут же оказываюсь в объятиях мужа.
Мы бредем по аллейкам, усыпанным пожухлыми листьями. И не обращаем никакого внимания на дождь со снегом. Огромный черный зонт над головой и охрана сзади создают ощущение безопасности. Но главное, чувствую, как на меня накатывает безграничное счастье. Леша рядом, и с ребенком все в порядке.
— Деньги из семьи не уйдут, — довольно хмыкает Воскобойников, открывая передо мной дверцу машины.
— Кто? — азартно вскрикиваю я.
— Брат. Рома сыграет музыканта. Он, кажется, знает ноты. Вроде как ходил в музыкальную школу полгода. В первом классе. А Свете дадим роль ведьмы. Идеальная парочка! Тут уж третьего не дано. Или поссорятся, или помирятся.
— Кто знает, — улыбаюсь я, усаживаясь в теплое чрево Рэндж Ровера.
