Автор
Кто-то вернулся с работы и заметил, как Амарена нервничает перед встречей. В большой сумке полным ходом шли свои документы и книги, готовясь отправиться домой или на работу. Амарена в последний момент отказалась ехать к боссу и теперь скромно укрывалась в сумке, стараясь не выдать свое состояние....
– Я и тебе уже заказала, так что не суетись, – порадовала подругу, что крутила головой в поисках официанта.
– Отлично! Тогда рассказывай, как сходила на приём.
– Охрененно! – вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать, рассказать ей или нет о знакомстве с Любашей.
– Ого! – естественно отреагировала Амарена на мой воинственный клич. – Ты там крокодила встретила бешеного?
– Хуже! Нимфетку голубоглазую!
Амато посмотрела на меня как не совсем здоровую личность, наверное, которой я на данную минуту и являлась.
Меня прорвало таким словесным поносом, что Ами даже слово вставить не могла, пока я пересказывала свой поход к гинекологу.
– Нет, ты представляешь, этот кобелина ещё обо мне своим подстилкам распространяется. Урод! В другом случае я бы уже у него в офисе была и единолично кастрировала бы.
Завершила свой монолог, откидываясь на спинку мягкого кресла. Устала.
– Ну да! И это снова бы закончилось сексом на его столе как в тот понедельник.
Я нахмурилась, собираясь заявить о невозможности сие факта, но подруга меня перебила.
– Да точно! Ты тогда также кипела как чайник. Помнишь, мы ехали к Майер на отдых, и я тебя предупреждала – такие эмоции нельзя носить в себе, иначе сорвёшься! Правда, я больше думала о членовредительстве твоего Ковальского, а ты вон сразу в оборот взяла несчастного.
Амарена прятала улыбку за стаканом с водой, но мне-то весёлым это не казалось.
– Это кто кого ещё в оборот взял! И он не мой! – привычно возмутилась я. – И вообще, если здесь кому-то моя жизнь кажется веселой шуткой, то я могу пообедать и одна.
Обиделась. Это всё чёртовы гормоны! Целый день эмоциональные качели… ужас!
– Прости, дорогая! Ты просто такая … эмоциональная… мне никак не привыкнуть.
Она сделала грустные глазки и протянула руку раскрытой ладонью вверх по столу.
– Мир? Обещаю больше не смеяться! – клятвенно заверила меня подруга.
– Мир, но хватит называть Ковальского моим. Он давно по рукам пошёл.
Мы пожали друг другу руки и вернулись к обеду, который как раз нам принесли.
Где-то посередине между первым и вторым блюдом Амарена, задумчиво ковыряясь в рисинках от её гарнира, вернулась к нашему разговору.
– Что-то тут всё-таки не сходится!
– Где? Тут?
– Ну в этой Любаше. Будь она любовницей, зачем тогда так к тебе в душу лезла?
Я махнула рукой и продолжила кушать. На этот вопрос я уже сама себе ответила.
– Ами, да всё просто! Она-то не знает, что теперь и я пополнила список его побед.
