Какого-то родителя все это очаровало настолько, что он стоял с камерой и снимал потоки вбегающих и выбегающих из школы мальчишек. Мы же с Коди просто сидели и наблюдали.
— Все одинаковые, — тихонько проговорил Коди.
— Только внешне, — ответил я. — Ты тоже можешь научиться.
Он посмотрел на меня безо всякого выражения.
— Как будто форму надеваешь, — пояснил я. — Из-за внешнего сходства тебя будут считать таким же, как они. Ты тоже так сможешь.
— Зачем? — спросил он.
— Коди, помнишь, мы говорили, как важно казаться обычным человеком?
— Научишься играть, как обычные дети. Это часть обучения.
— А другая часть? — спросил он, впервые выказывая хоть какую-то заинтересованность.
Я чувствовал, как он стремится к острой ясности ножа.
— Если с этой справишься как следует, перейдем к другой, — пообещал я.
Я взглянул на мальчика, на холодный блеск голубых детских глаз, и понял: для него возврата нет, для него одна надежда — долгое и трудное формирование.
— Ладно, — сказал я. — Попробуем на животном.
Коди окинул меня еще одним долгим взглядом, потом согласно кивнул, и тогда мы вышли из машины и последовали за остальными детьми в столовую.
Первые несколько минут мальчишки — и одна девочка — шумно носились туда-сюда. Мы с Коди тихонько сидели на миниатюрных пластиковых стульчиках за низеньким столиком. Коди бесстрастно наблюдал, как все вокруг шумят, но не предпринимал никаких попыток вступить в игру. Начнем с этого — тут я кое-чему могу его научить. Он еще слишком юн для имиджа одинокого волка, надо активировать его маскировку.
Мальчик обернулся на мой голос.
— Посмотри на остальных детей.
Он моргнул и покрутил головой, стараясь охватить взглядом всю комнату. С минуту молча наблюдал, потом опять повернулся ко мне и тихо подтвердил:
— Видишь, все бегают и веселятся? Все, кроме тебя? — Да.
— Так ты будешь выделяться, — объяснил я. — Нужно сделать вид, что тебе здесь весело.
— Я не знаю как. — Наш ребенок был сегодня непривычно многословен.
— Учись. Нужно выглядеть как все, иначе…
— Так-так, мальчик, ты чего такой грустный? — раздался зычный голос. Массивный, назойливо дружелюбный мужчина опустился перед нами на корточки.
Незнакомец с трудом вмещался в скаутскую форму, удивительно не сочетающуюся с его волосатыми ногами и огромным животом.
— Ты же не стесняешься нас? — Он широко и страшно ухмыльнулся.
Коди посмотрел на него не мигая, долго-долго, так что ухмылка собеседника слегка выцвела.
— Нет, — наконец ответил мальчик.
