Снежный покров застывает окраины городов и центр, где ремесленники вынуждены расчищать мокрые улицы еще до рассвета. По вечерам таверны наполняются гневными дебатами о невзгодах вьюги, и подминаясь от ненависти, люди шатаются по лужам. Трактирщики радуются за прибыль, а клоуны делают ставку на смехотворные истории и громкие выступления....
Поймавший нас среди Эскалиола ливень превратил их в непосильную ношу, а меня — в очень опаздывающего человека. Более того, в очень недовольного жизнью опаздывающего человека.
Тяжко вздохнув, я убрала с глаз мокрую челку и, про себя повторяя последовательность мыслей и действий, пристально уставилась на поклажу. Та на удивление легко поднялась в воздух, миновала порог… Плавно, что удивительно — моя сила мысли была скорее поводом для позора, нежели для гордости. Едва я подумала, что входная дверь не уступает в размере и трем пещерным троллям и уже наверняка прихлопнула не одного ученика, как она закрылась с еще более чудовищным грохотом, что сотряс стены, заставив меня отвлечься и уронить тихо хлюпнувшие сумки.
Пепельные волосы длиной ниже плеч украшал простой обруч, невольно акцентируя внимание на острых ушах. Темные, почти черные глаза наводили на мысль, что это, вероятно, все же верлен,[5] а не эльф.
Но как бы статно он ни выглядел, сколько бы благородства ни выражало лицо — его красноречию мог позавидовать и придворный менестрель правителя, поскольку так красочно, но при этом культурно ругаться мало кому было по силам.
— …Хельга Дарк?.. — будто с некоторой надеждой на ошибку спросил он в завершение тирады.
— Я уже не уверена, — усмехнулась я.
Верлен тоже позволил себе усмешку:
— Простите, Литы[6] ради, что я без фанфар. Лиралас Алмор, к вашим услугам. Мне приказано встретить и сопроводить вас в Большой зал.
— А вещи?
— Вещи в вашу комнату отнесет Фаул, не переживайте.
Я и не переживала: если здесь кто и позарится на чужие поношенные тряпки и непонятные фолианты, тому я могу только посочувствовать. А потом найти и еще пару раз насильно посочувствовать. Окинув взором растекающиеся под сумками лужи, я смущенно кашлянула и перевела взгляд на статую, что украшала собой правый угол холла. «Статуя Неизвестного Мага» — гласила табличка на постаменте. Для «Неизвестного» у него было на удивление довольное лицо.
— Прошу. — Лиралас галантно открыл передо мной еще одну трехсаженную дверь. Хоть бы в порядок привестись дал, нехороший полуэльф.
Представляю, насколько впечатляюще я выглядела после прогулки под проливным дождем. Волосы черными щупальцами облепляли лицо, шею и спину, мокрая одежда обвисла, словно мешок. Но деваться было некуда, и, вдохнув, будто перед прыжком в воду, я шагнула внутрь…
Огромный зал ужасал и потрясал своим убранством.
