Снежный покров застывает окраины городов и центр, где ремесленники вынуждены расчищать мокрые улицы еще до рассвета. По вечерам таверны наполняются гневными дебатами о невзгодах вьюги, и подминаясь от ненависти, люди шатаются по лужам. Трактирщики радуются за прибыль, а клоуны делают ставку на смехотворные истории и громкие выступления....
Было ощущение, будто сейчас мне скажут: «А теперь, Хельга, повторите, что последнее я произнес!» — а я бы замялась, уткнувшись носом в парту и надеясь, что звук колокола, оповещающий об окончании занятий, вот-вот меня спасет.
— Госпожа Дарк — наш новый преподаватель некромагии и некромантии, — размеренно произнес ректор, убедившись, что со мной уже даже можно разговаривать. — Уверен, она очень хороший специалист, а конфеты… — проговорил сир де Асти и, недолго думая, закинул одну в рот, чем тут же завоевал уважение в моих глазах, — а конфеты эти и правда неплохие.
— Пару слов?.. — задумчиво пробормотала я, вспоминая, чему полезному меня учили в Межрасовой академии высших магических наук Дариола,[8] а после выпалила:
— У мертвых есть своя история, а у нас — лишь время, чтобы сделать свою интереснее. Мне нравится считать это своего рода соревнованием, — и спокойно опустилась на стул.
Зал озадаченно замолчал. Мудрыми мыслями мой мозг не изобиловал, а брякнуть по привычке «да та еще паразитка» не позволил новоприобретенный — хоть пока и не привычный — статус.
— Что ж. Прозвучало вполне в духе вашей профессии, — снисходительно усмехнулся ректор. — Думаю, вы подружитесь с нашими студентами. Столь… своеобразный человек здесь не пропадет.
— Я не человек, а некромантка, — ухмыльнулась я. — И это куда веселее.
— Вы меня убиваете, — тихо проговорил сир де Асти, так что мне удалось лишь прочитать это по его губам.
— Так я же вас и оживлю, — пожала плечами я и сделала в уме заметку приубавить свое резко прогрессировавшее остроумие. А то окажусь не только одним из самых молодых преподавателей, но и самым быстро «спроваженным на вольные хлеба».
Ректор, в общем-то, не стушевавшись, спокойно продолжил представлять остальных преподавателей. На слух воспринимать их имена было почти невозможно, многие напоминали простой набор букв, зато я почти не удивилась, узнав, что встретивший меня на пороге господин Алмор — декан одной из четырех Башен[9] Академии.
На всякий случай я сползла под стол, желая стать менее заметной. Уронить мокрые сумки, чуть не покалечив декана собственной Башни. Хотя он сам виноват, что так несолидно выглядит.
