Снежный покров застывает окраины городов и центр, где ремесленники вынуждены расчищать мокрые улицы еще до рассвета. По вечерам таверны наполняются гневными дебатами о невзгодах вьюги, и подминаясь от ненависти, люди шатаются по лужам. Трактирщики радуются за прибыль, а клоуны делают ставку на смехотворные истории и громкие выступления.
Я сел на кровати, оглянулся назад и… чуть не упал с кровати, отшатнувшись.
— Что такое? — Полли сонно потерла кулачками глаза.
— Pollie, ты себя в зеркало видела?!
— Не-ет… — Она широко зевнула.
— Вот и не смотри еще… м-м… пару месяцев точно.
Я спрятался от огненной волны мага за амулетом. Полли, видимо, нашла какой-то другой способ. Правда, немного менее удачный. Сама-то она не пострадала, а вот волосы… сейчас ее прическа представляла собой нечто разноуровневое, опаленное, местами кучерявое, местами черное.
Как и следовало ожидать, девчонка тут же кинулась к ванне и уставилась на свое отражение.
— Ти-и-и-и-им! — издав этот полузадушенный вопль, она села на пол и совершенно явно собралась разреветься. Опять?
— Между прочим, я тебя предупреждал — не смотри! Да не реви ты, волосы отрастут. Сейчас я опаленное обстригу, и все будет в порядке. Или хочешь, к цирюльнику тебя отведу… он с этой задачей, пожалуй, лучше справится.
— Не-ет, лучше ты-ы-ы, — всхлипнула девчонка.
— Ну, как знаешь… — Я пожал плечами и отправился к хозяину за ножницами.
Спустя полвески титанических усилий я критически оглядел полученный результат. Что ж, цирюльником я себе на жизнь заработать не смогу никогда…
Побоявшись отхватить Полли что-нибудь лишнее, я просто обстригал закрутившиеся и почерневшие пряди, не особо следя за тем, чтобы все они получались равной длины. В итоге с правой стороны волосы открывали ухо, с левой спускались до плеча, а сзади получилось… вообще хрисс знает что!
— Все, — неуверенно буркнул я.
Полли подпрыгнула и снова кинулась к воде. Как и следовало ожидать, комнату огласил новый визг:
— Ой! Тим, мне так нравится!
Я ошеломленно уставился на недоразумение. То ли у меня что-то со вкусом не то, то ли у нее с мозгами. Она повернула ко мне сияющую мордашку и вдруг кинулась на шею.
— Спасибо тебе! Спасибо-спасибо! Я тебя теперь никогда-никогда не оставлю!
Это что? Угроза?
— Отстань, — буркнул я, отдирая от себя недоразумение и не понимая, почему мне сейчас так хочется улыбнуться.
— Мне правда нравится! Только… — она коснулась рукой самой короткой пряди над ухом. — Здесь бы подлиннее… но ведь отрастет да?
— Да, — ответил я, а в голову закралась одна идея.
Междустрочие. Пояснительное"
"Староста удивленно воззрился на подозрительную парочку, выжидающе застывшую на пороге. Черноволосый парень лет двадцати с желтыми кошачьими глазами и девочка. Ее странно остриженные волосы в лунном свете отливали всеми оттенками серебра.
