Снежный покров застывает окраины городов и центр, где ремесленники вынуждены расчищать мокрые улицы еще до рассвета. По вечерам таверны наполняются гневными дебатами о невзгодах вьюги, и подминаясь от ненависти, люди шатаются по лужам. Трактирщики радуются за прибыль, а клоуны делают ставку на смехотворные истории и громкие выступления....
К моему высочайшему удивлению, ворота Верхнего города были распахнуты настежь и не охранялись, а оттуда высыпала радостно галдящая разношерстная толпа. Мы приблизились, и я ухватил за рукав пробегающего мимо мальчишку.
— Что тут происходит, малыш? — Эльфенок хотел было выкрутиться и слинять, однако блеск серебряной монетки настроил его на более разговорчивый лад.
— Изменника короны казнили! Графа! Говорят, он короля хотел отравить. Голову ему отрубили — у-ух! Король позволил явиться всем, чтобы все знали и боялись.
— А в обычное время много здесь стражи?
— Еще бы! Двадцать у каждых ворот, да еще и маг с ними. Говорят, что светлые хотят короля убить и власть себе вернуть, поэтому охрана усилена. Даже стену зачаровали, и вдоль нее тоже патруль ходит снаружи и внутри.
Я выпустил мальчишку, и тот, довольный, ускакал. Вампирка одобрительно хмыкнула. Иногда для того, чтобы находиться в курсе всего, необязательно становиться высококлассным магом-разведчиком — достаточно быть всего лишь дворовой шпаной.
Вдруг послышались грозные окрики, появилась стража и начала распихивать всех от ворот, освобождая проход, по которому, гордо восседая на регарде, продвигался в окружении охранников тот, кого, будь у меня сейчас лук, я пристрелил бы не задумываясь. Особенно если учесть, что я выбил у Локсли разрешение прикончить парочку негодяев, поступившись данным прежде обещанием.
Светлый эльфийский посол в Греморе обводил толпу презрительным взглядом и кривил губы, раздраженный задержкой. И именно в тот момент, когда он смотрел в нашу сторону, меня неудачно толкнули. Я с ужасом почувствовал, как капюшон соскользнул с моей головы.
Наши взгляды встретились.
Время на мгновение замерло, а затем пугающе ускорилось. Все смешалось в одно: дикий вопль «стража!», возгласы и паника в толпе, несколько отрывистых слов на незнакомом языке, выкрикнутых вампиркой.
