Снежный покров застывает окраины городов и центр, где ремесленники вынуждены расчищать мокрые улицы еще до рассвета. По вечерам таверны наполняются гневными дебатами о невзгодах вьюги, и подминаясь от ненависти, люди шатаются по лужам. Трактирщики радуются за прибыль, а клоуны делают ставку на смехотворные истории и громкие выступления....
Все происшествия окончательно связались в одно, даже те обескровленные тела в деревеньке на Каринском тракте: его пособников, равно как и его самого, нежить не тронет, несмотря на то что она совершенно неподконтрольна. Чтобы никто не смог ее сбить с намеченной цели.
Он все же допустил одну ошибку. Всего одну. Он не убедился в том, что в здании не будет некромага. Упокаивать полчища нежити мне было не впервой. Пусть даже ценой собственных сил.
Пусть даже ценой собственной жизни.
За спиной надвигающегося на меня пробужденного еще сотни таких же шли к воротам Академии.
Ритуал не завершен! Чтобы его закончить, пробужденные должны выполнить цель, которую дал им Рион, после чего они окончательно оторвутся от земли и станут его личной полуживой армией.
А он как был идиотом, так идиотом и подохнет.
Я выдрала почти осязаемую артерию, как вырывают из земли сорняк.
Неужели, задавая приказ «убивать все живое», он не понял, что действие его защиты не вечно? И что его «армия» в итоге найдет управу и на командира?
Я вцепилась ногтями в землю, пытаясь вытянуть из нее столько, сколько возможно и откуда только могла. Даже в темноте мне казалось, что чернеют вены на руках, смешиваясь с магией смерти. Уж ее-то сегодня здесь было в достатке, а мне требовалось найти другую…
Что-то кольнуло.
Еле ухватив, я вплела его в заклятие, после чего воздела руки над головой, формируя максимально плотный сгусток энергии. Если не повезет — то хотя бы отвлеку армию. Ну а если повезет…
Глаза жгло от слез или пыли. Думать о том, что случилось с Лессом, я боялась, но мой организм справлялся с этим за меня.
Изогнувшись, я запустила черный пульсар, плюющийся магией в разные стороны, в центр мертвой колонны.
Заклинание называлось «Хозяин кладбища».
Мои ноги точно приросли к земле, окутанные черными путами, а заклятие все раскручивалось вокруг своей оси, набирая обороты, и черные тягучие нити поползли от меня, от земли и от пробужденных к хозяину. Шествие замедлилось.
