Автор
Весной 1884 года в Санкт-Петербурге начинают находить множество трупов в Неве. Полиция спешит классифицировать их как несчастные случаи, но один следователь начинает подозревать серию убийств, скрывающихся под маской случайностей.
Раздел Chitat.online для книги «Дела минувшие» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Весной 1884 года в Санкт-Петербурге начинают находить множество трупов в Неве. Полиция спешит классифицировать их как несчастные случаи, но один следователь начинает подозревать серию убийств, скрывающихся под маской случайностей.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Николай Свечин Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Весной 1884 года в Санкт-Петербурге начинают находить множество трупов в Неве. Полиция спешит классифицировать их как несчастные случаи, но один следователь начинает подозревать серию убийств, скрывающихся под маской случайностей.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Тут влез полицмейстер:"
"– Я, ваше превосходительство, до последнего не верил. Смотрю – заурядное дело. Один дурак другого под винными парами камнем пришиб. Таких историй миллион. А надворный советник Лыков говорит: не то. Здесь привычка убивать. Какая еще привычка? Ну, думаю, заезжий теоретик умничает. А вышло вон как. Это я был теоретик, а Алексей Николаич практик. И какой! У такого и поучиться не стыдно.
Унтербергер согласился:
– Да, случай выдающийся. Упырь годами изымает людей, несет минимальное наказание и снова льет кровь. И никто не замечает этого. Я во время турецкой войны сталкивался с преступным миром, когда был в Иркутске председателем временной военно-тюремной комиссии. Насмотрелся на бродяг, фартовых, дезертиров – злой и мелкий народ. А тут хитрый изворотливый маньяк. Умный! Спасибо вам за его разоблачение.
– Павел Федорович, дознание надо продолжить, – заявил Алексей. – Точка в нем еще не поставлена.
– Вы хотите найти других его жертв? Да тех, что уже нашли, достаточно для каторги.
– Нет, я хочу выяснить другое. Задумайтесь: человек несколько раз обманул следствие. Разжалобил судью. Смог замести следы и нигде не был отмечен как рецидивист. Мгновенно менял документы. Для чего? Для того лишь, чтобы стукнуть по голове очередного простака? И удовлетворить свою страсть?
– А для чего еще? Привычка убивать стала для него смыслом жизни, источником дьявольских наслаждений.
– Только ли этим Звенцов был занят все последние годы? – возразил надворный советник. – Сами сказали: умный. Надо его поскрести, если уж маньяк попал нам в руки. Связан ли он с преступными элементами Владивостока? Почему полиция решила, что Звенцов – одиночка? Где он брал паспорта, средства к жизни, чем был занят в промежутках между отсидками? Такие люди с атаманскими задатками умеют организовать фартовых. У вас в городе что, нет преступности? Тихо-мирно, как в Могилеве?
– А что в Могилеве? – не понял полицмейстер.
– Там в год случается больше ста краж и свыше двухсот мошенничеств. И ни одного убийства вот уже много лет.
– Не может быть! – Петров разинул рот от удивления. – А грабежи, разбои?
– Три или четыре грабежа, по мелочи. Разбоев тоже нет. Такой край: живут преимущественно евреи, они не любят насилия, а действуют хитростью. Но ведь у вас не Могилев, верно?
– Не Могилев, – вздохнул коллежский асессор. – Да вы уж, Алексей Николаич, на себе испытали. Когда сходили вечером за табаком…
– Рассказывайте.
– Да и я послушаю, – навострил уши губернатор. – А то лишь месяц назад областное правление перевели сюда из Хабаровска. Еще до конца не разобрался.
