Героиня живет безмятежной жизнью: успешная карьера, любящий жених, забота и внимание. Но интимные игры открывают в нем совсем другого человека — жесткого и требовательного. Она начинает задаваться вопросом: кто он на самом деле и готова ли она к той стороне его личности, которую он скрывал?
Моя девочка послушно облизала пальцы язычком и я перестал контролировать ситуацию…
Я бешено беру ее сзади, отпустив волосы и рукой помогая себе, стискивая бедра Яны и насаживая ее на себя еще глубже. Насколько это возможно. Чувствую её влажность во рту, как она играет языком между моих пальцев. Чувствую её мягкое сопротивление внутри, когда скользя, я упираюсь в плотные, трепещущие стеночки. Чувствую обхватывающие член мышцы влагалища, удерживающие меня внутри и натягивающие кожицу на головку.
Я чувствую ее приближающуюся разрядку в сотрясающей тело дрожи, в выгнутой как лук спине, в частом хриплом дыхании между облизанных пальцев и в побелевших костяшках пальцев, вцепившихся в столешницу.
И в следующем моменте перестаю чувствовать её, утонув в собственных ощущениях охуительного кайфа. Я на инстинкте еще вбиваюсь в ее ставшее пластичным тело, глажу бедра, чувствуя ладонями колючие мурашки, и при этом парю где-то параллельно, ощущая, как прочищаются мозги, как волна удовольствия заливает затылок и обрушивается по спине вниз. Как судорогой сводит мышцы живота, а спина выгибается от блаженства. Как слабость от удовлетворения сползает в ноги и они дрожат, что мне приходиться нависнуть над Яной, удерживая свой вес на руках.
И этот запах… Заползающий в нос и напоминающий, что моя самка тоже только что испытала удовольствие, что её еще потряхивает от оргазма и она дышит, жадно хватая воздух ртом и…
Что-то нащупывает рукой?
Я успел перехватить планшет за секунду, как он оказался скинут Яной на пол. А она продолжала шарить рукой, пока я не заметил маленькую пачку дешевых влажных салфеток. Пододвинул и по ее облегченному вздоху, догадался, что это то, что нужно. Но вот зачем нужно, увидел через секунду, когда Яна вытащила сразу три из пачки, привстала и стала вытирать бедра и лоно от вытекающих из нее соков. Моих перемешанных с ее. И запах дразнил сильнее, чем благоразумие покинуть столовую.
Я захотел остаться, только на минуту. Женька все еще уничтожал херес в моем кабинете, и эта лишняя минута у меня была."
"Удержав запястье с салфетками, я обхватил Яну за горло и стащил со стола. На шпильках она была выше. Я прижал её спиной к себе, положив голову на свое плечо, все еще ограничивая движение захватом шеи.
