Автор
Однажды я обидела сына непростого человека и тут же оказалась под его давлением:– Ты ничего не знаешь об унижении. Но я обещаю, что скоро станешь профи в этом вопросе.И жернова закрутились, стирая меня и мою гордость до костей. Я бы не пережила позора, если бы меня не поддержал его младший брат.Но даже тут старший не проявил жалости, разрывая нашу связь:– Любовь не обсуждается.Тогда почему сам вцепился в меня? Что ему еще от меня надо?...
"Любовь не обсуждается
Глава 1. Адреналин
Студенческая вечеринка перешла в пиковую стадию, когда за окнами раздалась сирена. Пожар? Полиция? Скорая?
Мы все прилипли к окнам, протискиваясь вперед, отталкивая друг друга. Кто-то из парней удирал из окон с противоположной стороны. Хорошо, что тусняк собрали на первом этаже.
Подруга пожала плечами, проследив за моим взглядом:
– С пудрой, наверное. Ссат залететь.
Я кивнула, понимая, что на вечеринке, где есть алкоголь, мальчишки и девчонки, найдутся уроды, которые притащат наркоту.
– Что там?
– Кто?
– Что-нибудь видно?
– Президент?
– Иди ты! В нашу общагу?..
Когда я пролезла к запотевшим окнам и протерла себе пятачок, Гелька уже орала мне в ухо:
– Ирка, беги! Это за тобой! Прячься!..
И я побежала прятаться.
Я даже не стала смотреть, кто там приехал. Мне не нужно видеть смерть собственными глазами, чтобы от нее удрать. Я рванула наверх, но у лестницы остановилась. Мою комнату обыщут первой.
Почему-то бросилась в женский туалет. Заперлась в кабинке и с ногами залезла на унитаз.
Глупо! Глупо!
Это я поняла, когда через пять минут дверь вышибли ногой и надо мной склонился ухмыляющийся парень. Именно парень. Чуть старше меня, но ненамного. Он не мог быть отцом того гаденыша, которого я оскорбила.
Но парень искал меня.
– Это был глупый поступок, девочка, задевать моего племянника.
Ах, вот что.
Я вздернула подбородок выше, встала с унитаза, чтобы не смотреть на парня снизу-вверх, и его же тоном съязвила:
– А у племянничка кишка тонка лично со мной разобраться?
Кривая ухмылка сползла с лица парня, а в следующую секунду он выдернул меня из кабинки за шкирку и впечатал в стену туалета, отделанную старым, местами сколотым кафелем.
Я вскрикнула, когда острая кромка битой плитки порезала мне щеку.
– Дура! Ты меня на коленях должна умолять прикрыть от Ника!
Он почти шипел мне в ухо, удерживая у стены, а я пыталась сообразить, кто такой Ник.
– Он размажет тебя, как белок о стену, – продолжал угрожать парень.
Я невольно хохотнула. То ли дешевый баночный коктейль булькнул, то ли от страха разум помутился, но мне показалось забавным, что меня как бы уже размазывают о стену.
– Тебе еще смешно? – кажется, он удивился.
Настолько, что развернул, отпуская затекшую шею и поворачивая к себе лицом. Заметил порез, нахмурился.
