В предвкушении шагов — каждое слово приближает нас к невероятному взрыву чувств. В эти моменты я не могу больше ждать и держу её за талию, стремясь ближе. Теплый шепот в ухе, призрачное мгновение дыхания, когда каждый шаг становится предвестником сильного желания. Я касаюсь её идеально округлой груди, готовящейся к поцелуям....
— Какого хуя, Игорь, что он, блять, творит?!
О, громовой голос Дмитрия Алексеевича не узнал бы только мёртвый.
Я сидела и не дышала, боясь спросить, что произошло. По тому, как побледнел Игорь, как сузились его глаза и на скулах заиграли желваки, поняла, что он в бешенстве по десятибалльной шкале.
Вот и все. Мне трындец на все выходные. Если оба Кельмера на взводе — можно смело проститься со спокойным графиком.
* * *Мы сидели в кабинете Игоря и смотрели в записи передачу, вышедшую два часа назад в эфир.
«— На текущий момент ходят слухи о вашей помолвке с американской наследницей.
— Моей? Да, я помолвлен, но с обычной девушкой из простой семьи. Это глупые стереотипы, что все перспективные бизнесмены пытаются объединять капиталы и усиливать своё положение. Но я слушаю сердце…»
Вот где-то на этом моменте впечатления от слов Жени у присутствующих разошлись. Например, у меня сладко заныло сердце и наивно встрепенулось, соблазняя надеждой поверить в будущее с Женей, по крайней мере, не вычеркивать его из своей жизни.
Дмитрий Алексеевич прорычал «ублюдок», сомневаясь, что Женя его кровный сын.
А Игорь просто попросил приготовить всем чай.
— Успокоительный, Яна.
— Хорошо.
— Девушка из простой семьи, блядь, стоимостью в полтора миллиарда долларов.
Я застыла, боясь обернуться и переспросить.
— Не полтора, па, — заступился за меня Игорь, — всего один и три десятых миллиарда.
Ну, так себе заступился. Я сбежала в комнату отдыха, уже из-за стены слушая раскаты грома от Дмитрия Алексеевича.
— Пристрелю, щенка! Ему такое доверие — представлять нашу семью. Так какого…
Чайник закипел, и я стала готовить чашки и блюдечки, задумываясь, приглашать ли босса с его отцом сюда, или вынести в кабинет. Но тут открылась дверь, зашел Игорь, красный, злой и продолжающий возмущаться в сторону отца.
— Решайте вопросы без моего участия! Женька накосячил — пусть исправляет.
Следом зашел Дмитрий Алексеевич и тяжело прислонился к косяку, держась за сердце.
— Я с ним переговорю на охоте, постараюсь убедить.
Босс, как и я, неотрывно смотрели на сереющего и сползающего вниз по стене главу концерна.
— Твою ж… Блять! Яна — скорую. Срочно!!!
Глава 16. Растворяясь в тебе
Игорь.
Отца отправили домой, обошлось без приступа. Вторую половину дня перекроил, чтобы успеть попасть во все вечерние новости к закрытию американской биржи и к открытию азиатской.
