В предвкушении шагов — каждое слово приближает нас к невероятному взрыву чувств. В эти моменты я не могу больше ждать и держу её за талию, стремясь ближе. Теплый шепот в ухе, призрачное мгновение дыхания, когда каждый шаг становится предвестником сильного желания. Я касаюсь её идеально округлой груди, готовящейся к поцелуям....
В спальне пусто, Яны нет. И я заледенел, услышав ее крики со стороны кабинета.
Блядь! Что за ебанический круговорот баб между нами? Сначала девки из-под Игоря лезли ко мне, теперь мои перескакивают на брата?
Я распахнул дверь в тот момент, когда она запрокинула голову и издала хриплый гортанный стон, словно ее разрывают изнутри тысяча членов, а она кончает мёдом.
— Какого хуя здесь происходит? — сквозь зубы процедил я, и Яна повернулась на мой голос.
С растрепанными волосами, дрожащая от торчащего в ней хуя, с приоткрытым ртом, из которого доноситься прерывистое дыхание.
Дразнящая желанная шлюха! Больше меня маской не обманешь, тварь.
Но взгляд Игоря и шоковая реакция Яны, причем не в мою, а в его сторону, снова сбила с толку. Так какого хуя?..
Меньше всего я собирался разбираться словами. Втащив по довольной морде брата следом за оплеухой от Янки, я потер кулак и начал разминать шею, руки, ноги. Сейчас отмудохаю гандона, потом поговорим.
Глава 20. Признания
Евгений.
— Приложи.
Я еще глаза не разлепил, когда к виску прислонили холодную бутылку и зашкаливающий треск в голове стал терпимее.
— Твою мать, — прохрипел я, решая, что ко второму раунду нехрена не готов, даже глаза открыть и посмотреть на самодовольную морду ублюдка не могу.
— Выпьешь?
— Да.
За минуту, когда он разливал напитки по бокалам, я успел выкатить ему все, что о нем думаю. Но боюсь, вышло неубедительно. Слабым, безэмоциональным голосом трудно передать на сколько частей я разорвал бы этого гандона.
— Пей.
Он поддержал мне голову и влил содержимое внутрь.
— Налей еще."
"Процедура повторилась, и уже после второй порции я мог тихо лежать и перекладывать холодную бутылку от одного виска к другому.
— Ты сука.
— Угу. Теперь поговорим?
Я сморщился, наблюдая как Игорь ложится со мной на пол, голова к голове, но не рядом, чтобы я, наверное, не смог сделать захват ногами.
Нет уж, продолжу, когда ты будешь ожидать меньше всего, козлина.
— Жень, я оценил твой финт передачи помолвки через па. Но нам лучше договориться, не втягивая родителей в наши дела.
— Чего тут договариваться? Я женюсь на Янке, ты на капитале. И не благодари.
Брат тяжело вздохнул, присел, разливая вискарь теперь по двум бокалам и передавая один мне.
Выпили.
— Знаешь, есть такая хрень «совместимость»?
— Хочешь сказать, что с тобой Янка совместима, а со мной нет?
Он молчал и мне это не нравилось.
