В предвкушении шагов — каждое слово приближает нас к невероятному взрыву чувств. В эти моменты я не могу больше ждать и держу её за талию, стремясь ближе. Теплый шепот в ухе, призрачное мгновение дыхания, когда каждый шаг становится предвестником сильного желания. Я касаюсь её идеально округлой груди, готовящейся к поцелуям....
За два года мое мнение к ней переменилось, но я даже представить не мог, что Яна настолько неопытна. Но в какой-то момент её поза изменилась. Спина прогнулась, попка оттопырилась, и Яна со стоном заглотила член, вобрала его целиком.
Я как загипнотизированный следил за ее глубокими движениями и еле сдерживался, чтобы не спуститься вниз и не…
Что? Присоединиться?.. Твою мать…
Женька вскрикнул, Янка отскочила, испуганно хлопая глазами и облизывая губы, и в этот момент семя попало на её лицо, стекало по губам. И я трясущимися руками отшвырнул от себя планшет.
Во что я ввязываюсь? Нахер все игры. Сейчас свалю дня на три, а потом просто протащу Женьку по опытным девкам, чтобы оба поняли, что они не пара. Попробовали, мать их, и хватит.
Я взял лэптоп, машинально заложил в портмоне планшет и, набросив пиджак, вышел из спальни. И спускаясь, столкнулся с ней.
Распахнутый прозрачный и весьма фривольный халатик, упругая грудь, полосочка курчавых светлых волос внизу и меня скрутило, агония побежала по позвоночнику и выстрелила в пах.
На её лице следы другого мужчины, припухшие слишком яркие губы и прерывистый полувздох-полустон. И я ловлю себя на мысли, что уже тяну к ней руки, чтобы перекинуть через перила и трахнуть здесь, сейчас. Пусть задыхается, пусть кричит, из-за меня, для меня…
За миллиметр от её тела изменил направление движения руки и прихватил полу халата.
— Прикройся.
— Ой… П-прости…
Блять.
— Я уезжаю дня на три. Завтра утром свяжешься со мной, обсудим дела.
И ушел не оглядываясь. Я сбежал.
* * *Ненавижу слабость в других, а в себе её презираю. Стоит проявить слабость в чем-то, в какой-то мелочи, и она как раковая опухоль расползается по мне большим уязвимым пятном. Вот в эти три дня моей слабостью стал вуайеризм. Я как маньяк сёрфил по камерам в своем доме, в офисе, выискивая Янку.
Один раз застал, когда она с уборки моего стола переключилась на исследование содержимого ящиков. Плутовка! Но мне было любопытно наблюдать за её реакцией, когда она обнаружила в нижнем запас презервативов.
В другой раз я застал её за готовкой. Собеседование повара я пропустил, поручив им с Женькой определить, подходит он нам или нет. И теперь смотрел, как Яна в фартуке и с какой-то деревянной битой с ручками, нависла над тестом, а новый повар, жгучий пожилой итальянец, объяснял ей, что никакая машинка не полюбит тесто так, как ручная раскатка.
