В предвкушении шагов — каждое слово приближает нас к невероятному взрыву чувств. В эти моменты я не могу больше ждать и держу её за талию, стремясь ближе. Теплый шепот в ухе, призрачное мгновение дыхания, когда каждый шаг становится предвестником сильного желания. Я касаюсь её идеально округлой груди, готовящейся к поцелуям....
Мы одновременно схватились за смартфоны и я прочитала сообщение:
«Вам назначено свидание. Приходи в кабинет своего партнера по адресу указанному ниже в 13:30, надень маску и жди».
Следующей строкой шел адрес нашего офиса.
— Идиот, — сквозь зубы прошипел босс, а я вопросительно посмотрела на него.
— Ничего. Снова сдвинули встречу, — поспешно пояснил Игорь. — Так идешь?
— Уже нет, изменились планы.
Он убрал телефон, перехватил планшет и, протянув «поня-ятно», вышел из приемной. А я трясущейся рукой потянулась за повязкой.
Первый раз немного нервно, но ведь я сама подписалась на эксперименты и встряски в своей ровной половой жизни? Тогда смелее вперед. Надеюсь, что Женьку эта игра стабилизирует. По его разговору с сексологом, поняла, что он тоже весьма безрадостно подходит к сексу со мной. А что мы за пара, если обоих не устраивает секс? Пара, склеившаяся на общем отвращении к интиму. Звучит не очень, если честно, даже с учетом, что меня радовала редкость половых актов.
Инны в приемной не было. Кабинет Жени пустовал. Значит все готово к игре? Ладно…
Я завязала маску и повертела головой, чтобы убедиться, что ничего не видно. Внезапная слепота обострила слух. Я теперь слышала шелест кондиционера под потолком, треньканье коммутатора и… открывающуюся дверь приемной, потом кабинета. Шаги.
Обострилось обоняние. Я почувствовала парфюм Игоря и дернулась. Сейчас он спросит какого черта я сижу тут с повязкой на лице, напомнит, что секс в офисе запрещен и будет орать и срываться весь оставшийся день.
Напряглась, ожидая первого вопроса. Но неожиданно на плечи опустились руки, мягко сжали и, до меня дошло, что мой Женя пахнет также, просто я привыкла ассоциировать запах с боссом.
Между тем, Женя поднял меня и развернул к себе. Я оказалась прижата к краю стола. Узнавала губы и поцелуи Жени на скулах, шее. Его руки задрали платье и гладили бедра. Маска не дала эффекта новизны, зато прибавила нервозности.
Я все также прислушивалась к окружающим звукам, нервничала, что Женя не закрыл дверь кабинета или хотя бы приемной — я не слышала характерного щелчка, — а это значит, в каждую минуту мог войти кто угодно! Или даже Игорь! А тут я, на столе с раздвинутыми ногами и Женькиной головой между ними.
Я застонала от досады, понимая, что повязка расслабиться мне не поможет, но Женя воспринял стон иначе, еще усерднее погружая язык между складок.
