В зале Центрального телевидения собрались важные люди страны — члены Политбюро и министры. Голос диктора Игоря Кириллова внезапно оборвал сознание Михаила, заставив его задуматься о масштабах событий. Встреча накалена гневом на кого-то из бывших подданных СССР, идет речь о человеке, которому запретили жить в собственной стране.
Хоть бы что-то шевельнулось в окружающем пространстве! Слева, вплотную к двери, лежала мертвая собака – кажется, золотистый ретривер. Тот же лабрадор, только лохматый. Ему вспороли живот, и крови вытекло много. Каким-то чудом Марта на него не наступила. Оскалилась пасть, поблескивали мертвые глаза.
И хоть бы что произошло! Где все? Где Эберхарт (или его тело)? На втором этаже? Но в доме отсутствовал второй этаж. Слева, чуть дальше собачьего трупа, находилась закрытая дверь, видимо, в спальню. До нее не дошли, справа в углу, за пышной оконной драпировкой, Марта увидела женщину, лежавшую, подогнув колени, неестественно вывернув голову. Немолодая, с сединой в волосах, одетая в кофту и серую юбку. Крови не было, но пожилая особа определенно была мертва. В распахнутых глазах отпечатался страх. Видимо, загнали в угол и там задушили…
Находку осмотрели бегло – все понятно. Фонарик дрожал в руке Марты. Как-то не хотелось напоминать: ведь предупреждал, что может быть засада!
– Уходим, – прошептал Михаил. – Пока не началось… Через крыльцо не стоит, здесь должен быть черный ход…
– Подожди, – она упорствовала до последнего. – Нам нужен Эберхарт. По крайней мере, я должна знать, мертв он или жив. Потом не простим себе, если просто сбежим. Давай осмотрим дом до конца, в нем должны быть другие помещения…
– Марта, не сходи с ума… – Злость на эту упертую дурочку клокотала в груди. – Мы обо всем узнаем, но не сейчас. Это засада, вспомни улицу Рупенталь. Надо уходить…"
"Ага, в ночлежку для бездомных. Машину бросили, теперь даже в ней не заночуешь. Марта подошла к двери (в кабинет, в спальню, куда там еще?), невольно задумалась – может, в чем-то прав этот русский? Дверь внезапно распахнулась, ударила ее по груди. Марта отпрянула от неожиданности, но пистолет не выронила. Из соседнего помещения кто-то выскочил – проворный, невысокий, в темном бесформенном плаще. Марта сделала прыжок в глубину помещения. Загремели выстрелы. Стреляла не только она, но и тот, второй. Михаил метнулся к стене, и вовремя, возник еще один – с пистолетом на вытянутой руке. Кольцов ударил кочергой сверху вниз по предплечью. Движение инстинктивное, хотя и не помнил, чтобы обзаводился такими инстинктами. Незнакомец взвизгнул, пистолет из его руки выпал. Но удар корпусом Михаил проворонил. Завертелся тесный мир, перехватило дыхание. Опереться оказалось не на что, его отнесло в сторону, подломились ноги.
