В зале Центрального телевидения собрались важные люди страны — члены Политбюро и министры. Голос диктора Игоря Кириллова внезапно оборвал сознание Михаила, заставив его задуматься о масштабах событий. Встреча накалена гневом на кого-то из бывших подданных СССР, идет речь о человеке, которому запретили жить в собственной стране....
Условная фраза, которую он сам предложил: «Я слышал, здесь сдается половина дома?»
«А мне это точно нужно знать?» – насторожился Кольцов.
– Так что Эберхарт – фигура перспективная, – продолжал Дементьев, – и наша единственная возможность внедриться в «бюро Крафта».
– Господин несколько наивен, – проворчал Кольцов. – На определенном этапе работы в Штази обо всем узнают – не могут не узнать. И он это должен понимать.
– Уверен, понимает. Но хочет оттянуть этот чарующий момент. А также рискует – если мысль о «кроте» в Штази не надумана.
– Известно, чем на работе занимается Эберхарт?"
"– Он в послании не откровенничал. И было бы странно, сделай он это. Его послание резидент сразу же уничтожил. Можете понять состояние нашего человека. Мысленно простился со свободой, сидел, ждал. Но никто не пришел, и за домом слежки не было. Так что есть вероятность, что история с Эберхартом – не провокация.
– Хорошо, Олег Михайлович, спасибо за информацию. У Штази есть явочные квартиры в Западном Берлине?
– Безусловно.
– Что-то мне подсказывает, что Штази уже известно про Эберхарта. Допускаю, что это ограниченный круг лиц, но все же… Что по Вайсману?
– Не скажу ничего нового. Срисовали в универмаге «Радуга», вел себя как инопланетянин в московском ГУМе. Нашли его лицо среди запечатленных операторами Штази западных шпиков.
