Чье-то тело с заломленными руками полетело следом, но все это меркло перед очередной бурей воспоминаний, впрочем, ее удалось отогнать.
– Профессор мертв, – сухо прошептал Алекс.
– Разумеется. – Фарух еще раз стряхнул пепел, только на этот раз чуть более… резко. – Я первый, кто убедился в этом лично, Алекс. Профессор мертв. Но этот некто…
Фарух замолчал. Он поймал из воздуха оторванный лоскут чьих-то брюк и вытер ими запачканный кровью и вином стол.
– Не знаю, вундеркинд… не знаю… он очень похож на Профессора.
– Оттуда не возвращаются.
– Каждый, кто носит регалии судьи теней, сейчас бы посмеялся над тобой.
– Профессор не принадлежал к числу Помазанников. Он был простым человеком.
– Возможно, – согласился Фарух. – А возможно, мы многого не знали… слишком многого…
– Может, если бы вы знали чуть больше, то школа “Фаллен” была бы цела! – не сдержался Алекс. – А вместе с ней…
Он осекся и вздохнул.
Дум предполагал, что придя сюда, разбередит старые раны, но чтобы так глубоко…
– Ты хотел спросить, для чего ему шар Посейдона?
– Я слышал, что его называют иначе.
– Недоучки, – отмахнулся Фарух, – артефакт называется именно так…
Дум только пожал плечами. Ему было плевать, как называлась загогулина, украденная неизвестным демонологом, пользующимся тем же стилем, что и Профессор.
Более того, ему было плевать и на сам артефакт, и на причины, по которым его украли.
Он должен был отыскать лишь этого мага… и не ради Гвардии или своей свободы, а потому, что если под маской скрывалось лицо Профессора… то все демоны бездны и крылатые твари с нимбусами не удержат Дума от того, чтобы сжечь поганую душу старика!
В память обо всех, кто остался в том треклятом подвале, хладными трупами лежа на жертвенных алтарях.
– Понятия не имею, Алекс, – развел руками Фарух. – Но я зна…
– Алекс! Дорогуша! – Грибовский спиной перекинулся через кресло. Весь в синяках и кровавых подтеках, он в данный момент душил какую-то зеленоватую чешуйчатую тварь, нависшую над ним. – А ты не говорил, что здесь так вес…
И лейтенанта выдернули из поля зрения Дума.
– Я знаю того, у кого ты сможешь узнать более подробную информацию. – И Фарух, архаичная личность, достал из внутреннего кармана ручку, после чего начеркал ей что-то на салфетке и протянул Алексу.
Тот принял и вчитался: “16 Севен-роуд, Саймон Шульман”.
– Один мой хороший знакомый, – ответил Фарух, – антиквар. Собирает различные редкости. Твоих кровей, между прочим. Думаю, вы с ним найдете общий язык.
Дум взмахнул рукой, и салфетка исчезла во вспышке лилового пламени.
– Было приятно увидеться, Фарух. – Дум поднялся на ноги и, повернувшись, оценил поле битвы.