– Смотрю, ты не питаешь к нему теплых чувств… ну, насколько Алекс Дум вообще способен к кому-либо питать теплые чувства.
– Это не касается вопроса, по которому я пришел.
– Возможно, – уклончиво и слишком туманно протянул Фарух, – но… – теперь пришел черед Дума пригнуться. Иначе бы ему по затылку прилетела туша переломанного молодого оборотня. Все же гвардеец, даже без своих револьверов, это не пожилая дама на променаде. – Но мне интересно, что ты забыл в компании Гвардии, вундеркинд.
Алекс как можно старательнее сделал вид, что удивлен осведомленностью Фаруха.
– И не надо делать такой вид, мальчик. – Старый маг стряхнул сигару над пепельницей. – Заявиться сюда в день памяти школы “Фаллен” – это глупо. Но притащить сюда гвардейца… умно, хитро и нагло. Ты ведь понимаешь, что сообщи я об этом в Суд теней, и тебя линчуют за предательство и раскрытие организации ее прямым врагам.
– Но если ты это сделаешь, то распишешься в своей некомпетентности, Фарух, – развел руками Алекс. – А у тебя слишком много врагов, чтобы терять положение главы центрального филиала “Бездны”.
Фарух снова затянулся, а затем подался вперед. За его спиной заклубилась тьма. Не та детская страшилка или какая-то эфемерная субстанция, которой пользовались разные шарлатаны.
Нет, это была самая настоящая первозданная, первородная тьма. Бесконечное пространство ничего и ничто. Сила, перед которой меркли звезды.
– Ты называешь меня трусом или непригодным для власти, мальчик?
– Я называю тебя Фарухом ибн Амир Шахом, – сидя поклонился Алекс, – властителем сотни джиннов, Пустынным Шакалом, подчинившим червей, стерегущих врата за Грань, мастером глубин, хозяином черных песков и кровавых вод. Я знаю, кто ты, араб, а ты знаешь, кто я.
Фарух снова затянулся и откинулся обратно на спинку. Тьма за его спиной исчезла в дыме сигар и вейп-машины.
– Я слышал о произошедшем в музее… неприятное событие, которое привлекает слишком много внимания к нашей организации.
– Ты знаешь, кто именно прятался за маской?
– Ты сделал хороший ход, малыш, не пытайся показаться глупее, чем ты есть на самом деле, – чуть скривился Фарух. – Если бы я знал, кто этот умник, то его череп сейчас лежал бы на этом столе и я пил бы из него сухо вино… Нет, я не знаю, кто этот демонолог.
– Значит, все же демонолог…
– И очень сильный, – кивнул Фарух, – куда сильнее тебя или Робина… Хотя ты уже превзошел нашего почившего друга в этом искусстве… Я видел записи, Алекс, этот заезжий маг, возможно, так же силен, как Профессор.
Алекс снова вздрогнул, а по его ладоням потекли кровавые струйки – настолько сильно ногти впились в кожу ладоней.
Мимо пролетел разбитый стеклянный кувшин с вином, алые брызги упали на край пиджака Алекса.