Учитывая серое, хмурое небо, накрывшее Маэрс-сити, выглядело это как минимум странно.
– Проклятье, – прошипел Дум.
Он чувствовал на себе взгляд черных, с белым зрачком глаз. Глаз, принадлежащих Мэйв – дочери королевы Мэб. Сама хозяйка Зимнего двора фейри редко когда покидала свою резиденцию, а вот ее дочка… Так сказать – амбассадор “темного” лагеря ублюдков. Вот она-то и представляла зимних на всех светских мероприятиях.
И так уж получилось, что Алексу довелось попытаться ее убить.
Причем – одновременно.
В общем, мутная история, но в данный момент ему меньше всего требовалось, чтобы Мэйв его узнала. И пусть даже одни мысли о ее потрясающем теле и атласной коже заставляли куда лучше чувствовать штаны в районе паха…
Алекс выдохнул и, убедившись при помощи простецких чар, что фейри лишь мельком взглянула на него и больше не обращает внимания, приветственно кивнул своим “подопечным”.
Блонди, которая ему и махала, единственная из всей пятерки, кому невероятно шла соревновательная форма – тканево-прорезиненный комбинезон, безумно плотно облегающий тело.
Настолько плотно, что Алекс начал сомневаться в сногсшибательности фигуры Мейв. Особенно в тот момент, когда, чуть выгнувшись, наследница одного из самых экономически сильных кланов полезла в переносной холодильник за бутылкой воды.
“Это дети, Алекс! Ты, конечно, мудак и ублюдок, но не педофил!”
С этими мыслями, остудив пыл, Дум, поднырнув под зонтик (а еще ниже нельзя было купол открыть?!), выхватил из рук Элеоноры неоткрытую бутылку, откупорил и, отсалютовав, залпом осушил.
Холодная минералка, опустившись в вот уже несколько дней как пустовавший желудок, устроила там Вторую магическую войну, но благо микрофлора кишечника одержала верх.
Метким броском отправив бутылку в…
…голову какого-то малолетки из команды противников с факультета магической инженерии, Алекс пощелкал пальцами перед лицом рыжего.
– Что вы… – Тот сначала не понял, в чем дело, но когда на пальцах Дума загорелось лиловое пламя, то тезка декана все же докумекал, что к чему. – А, конечно, присаживайтесь профессор.
– Не благодарю, – ответил Алекс, после чего развалился на жесткой пластмассе и, достав из пачки очередную сигарету, закурил. – Жрать охота… здесь возрастной ценз какой?
Глаза всей пятерки, в том числе и “Джеки Чана”, расширились в удивлении. Последнее выглядело особенно расистски-удивительно. Но подобное легко списать на финт майора.